Книга Ледяное сердце эриды. За гранью, страница 109 – Цитианка

Я замолкаю, не понимая почему он так резок со мной. Я пытаюсь найти ему оправдание, цепляясь за первое, что приходит в голову. Что может быть все дело в Луциоре, что он просто держится перед Мирель и другими эридами.

Но нет. Каин бы никогда так со мной не говорил. Не так.

Я обхватываю его шею слабее, чем нужно, потому что пальцы все еще плохо слушаются, и позволяю вынести себя из дома.

Горы встречают нас темным силуэтом, воздух пахнет снегом, и в тот момент, когда мы оказываемся снаружи, я вдруг понимаю, что скучала по этому месту. По резкому ветру, по скрипу снега под ногами, по темным очертаниям домов.

— Туда, — тихо говорю я, поднимая руку и указывая направление, где за поворотом прослеживается узкая тропа.

Каин идет по двору, и это должно успокаивать. Он рядом. Он держит меня.

Снова вопросы поднимаются внутри. Как он покинул Грань? Что стало с Веларроном? Что с Теоденом? Почему его взгляд теперь такой?

Я хочу спросить, но не знаю, с какого из этих вопросов начать. Они путаются, накладываются друг на друга, и каждый кажется слишком большим для одного слова.

— Каин…

Он не замедляя шага, немного поворачивает голову, чтобы слышать меня лучше.

— Я здесь, Селина.

Я сглатываю, ощущая, как слова наконец выстраиваются, пусть и неровно.

— Я бегала по лесу. Искала тебя… звала, но тебя не было. Сколько времени ты уже здесь?

— Почти две недели, — отвечает он спокойно.

— Две недели, — повторяю я, осознавая, что это время для меня не существовало, и мысль о том, что он жил, дышал, действовал, пока я бродила в тумане, неприятно собирается комочком к горле.

— А как ты оказался здесь? В этом мире? Как ты вернулся из-за Грани?

— Это долгая и неприятная история, Селина. Сейчас для нее не время, — отвечает он твердо, не замедляя шага.

Я чувствую, как внутри все сжимается от этой отстраненной окончательности, и, несмотря на слабость, все еще пульсирующую в груди, поднимаю голову, глядя ему в лицо и пытаясь поймать его взгляд.

— Каин, я должна знать, — настаиваю я. — Ты здесь уже две недели, а я… я искала тебя там, в тумане, и теперь ты просто отмахиваешься? Скажи хоть что-то.

— Не сейчас, — отрезает он коротко, не оставляя места для спора. — Ты едва стоишь на ногах. Сначала дом. Сначала ты. Остальное подождет.

Я замолкаю, позволяя ему нести себя дальше, прижимаясь щекой к его груди и слушая ровное биение его сердца. Мы продолжаем путь, и вскоре тропа делает последний поворот, выводя нас на небольшую открытую площадку, где перед нами вырастает мой дом. Он одноэтажный, как и все остальные постройки Луциора, но значительно превосходящий их размерами, с широкими стенами из темного камня и крепким крыльцом, выступающим вперед. Эзар когда-то лично распорядился, чтобы именно этот дом достался мне, выделив его среди скромных жилищ. Верховный обустроил его для меня слишком щедро по меркам Луциора. Как люди покупают дорогую вещь не потому, что любят, а потому, что так удобнее держать ее довольной и под рукой.

Дверь в дом уже распахнута, видимо, кто-то успел прибежать раньше нас. Каин вносит меня внутрь, ступая по знакомым каменным плитам пола, и я обвожу взглядом просторный коридор, от которого в разные стороны отходят комнаты, ведущие в спальню и в ту отдельную комнату, где я хранила всякие человеческие вещи, привезенные Эйданом из Элмора. Там лежат стопки книг в кожаных переплетах, которые я так и не открыла, свитки с картами, серебряные украшения, непривычно яркие ткани, маленькие резные фигурки из дерева и даже стеклянные флаконы с ароматными маслами. Все эти предметы пылятся в углу, собранные в аккуратные ящики и сундуки, потому что мне никогда не хватало времени на них, а жить среди людских мелочей казалось лишним для меня.