Онлайн книга «Луна в тумане»
|
Клянусь, я не рискнул бы проверять. Вопросы жгли огнем. Переместился бы дух дедушки Тацуи в мое тело? Или печать не пустила бы его наружу? А остальные души, заточенные в дедушке? Может, все они остались бы заживо погребенными в окончательно мертвом теле — гнить и мучиться до скончания веков? На это никто не мог дать однозначного ответа: ни я, ни дедушка, ни даже святой Иссэн. Разумеется, я все рассказал старому настоятелю. Только ему, даже господин Сэки пока что был не в курсе. Старшему дознавателю я сообщил, что продолжаю дознание, поскольку дело оказалось непростым. Мой скупой доклад начальство не удовлетворил, но господин Сэки не стал браниться, лишь потребовал: — Отчет начинайте готовить прямо сейчас, по ходу дознания. И чтобы по завершении он сразу лег ко мне на стол! — Да, Сэки-сан! Отчет? Он был практически готов. Я мог в любой момент закрыть дело. Почему я этого не делал? Я знал, что случится дальше. Дознание завершено, преступники изобличены. Далее господин Сэки с чувством глубокого удовлетворения передаст материалы дела в суд. «И где же преступники? — спросит судья, ознакомившись с делом. — Сидят в тюрьме, ждут приговора? Что? Под домашним арестом?! Немыслимая глупость! Неслыханное пренебрежение требованиями закона! Арестуйте их немедленно и доставьте в тюрьму! А дознавателю Рэйдену объявляем служебное взыскание…» Взыскание я как-нибудь переживу. Торюмон Рэйден уже не тот глупый мальчишка, что готов был по любому поводу вспороть себе живот. Какое наказание определит суд Суге, меня вообще не волновало. Что заслужил, то и получит. Но дедушка Тацуя… Судья не станет долго думать. Дедушку выведут на солнце, и дело с концом. Дальше случится все то, о чем я мучительно размышлял, спрашивал самого Тацую — и не находил, не получал ответа. Души, запертые в теле мертвеца, — они сгорят? Не сгорят? Кстати, тюремщик, кто выведет дедушку на солнце, уж наверняка бегом отправится в преисподнюю — ни за что ни про что. Допустим, мне удастся убедить судью в опасности скоропалительного решения. Что тогда? Суд, приговор, наказание. Какое? Остров Девяти Смертей? Чтобы дедушка, не в силах сдержаться, вскоре высосал жизнь — а заодно и души! — из ссыльных, кому не повезет оказаться рядом? Хорошо, предположим, Тацую сошлют на крохотный безлюдный островок… Замуруют в подземелье? От голода кён-си может умирать долго — годами, десятилетиями, веками. Это сказал мне сам Тацуя. Умирать, но так и не умереть до конца. Необитаемый остров, свежая кладка на месте входа в подвал — с одной стороны, никакого фуккацу для судьи или каменщика; с другой стороны, вечные мучения для Тацуи и тех, кто заперт печатью в темнице его тела. Это ад. Настоящий ад. Закрыть дело, положить отчет на стол начальству — а дальше пусть суд решает! — было бы проще всего. Я обязан был это сделать. Я не мог это сделать. Как мне потом с этим жить? Время шло. Тучи над головой сгущались, ответственность ложилась на плечи неподъемным грузом. Я ходил, придавленный им к земле. Даже дома это заметили, хоть я старался не подавать виду. Меня ни о чем не расспрашивали, но мне старались всячески угодить. Не раздражали, лишний раз не беспокоили. Даже Ран! Вся надежда была на помощь святого Иссэна. Первой, кто встретил меня в обители, была Кома-ину, яростным лаем уведомив старика о моем приходе. Настоятель выслушал мой рассказ с огромным интересом — не припомню, чтобы мне удавалось когда-нибудь так увлечь его. Выслушав, старик возжелал немедленно увидеться с кён-си. |