Онлайн книга «Луна в тумане»
|
Если рождённым в моей стране, после обретения мною состояния Будды, доведётся услышать хотя бы самое имя зла, пусть я не достигну наивысшего Просветления. Книга первая Луна в тумане Жизни и смерти придают очень большое значение. Как монах, я должен был бы возразить. Напомнить, что все в мире, да и сам мир, данный нам в ощущениях, — иллюзия. Прочесть проповедь о губительности страстей. Сложить возвышенное четверостишие о погасшем костре, стылом пепле и порывах ветра. Не могу. Когда я вижу каплю росы на зеленой глади листа, слезу матери, пролитую над умершим младенцем, горсть риса, протянутую бедняком нищенке, я понимаю, что я недостойный монах. Я слишком ценю жизнь и уважаю смерть. Не будь их, не было бы и всего остального, включая стихи о пепле и ветре. Пролог Небо горело над замковой горой. — Красиво, — сказал Симадзу Ёсихиро. — О да, — согласился советник Мицусигэ. — Вы правы, господин. И добавил с поклоном: — У вас тонкий вкус. — Льстец, — сказал Симадзу Ёсихиро. — Жалкий льстец. — А разве вы не любите лесть? — удивился советник. — Я служу вам уже столько лет, что выучил вас наизусть. Симадзу Ёсихиро улыбнулся: — И ты не боишься прямо говорить мне об этом? — Не боюсь, господин, — советник Мицусигэ тоже улыбнулся. — Именно поэтому я служу вам столько лет, и вы не подыскали мне замену. Небо над горой горело не только потому, что костер заката уже пылал вовсю. Вулкан Сакурадзима, расположенный неподалеку, добавил в вечерний пожар толику сомнительной прелести, выстрелив из своего жерла обильными струями сажи и пепла. У вулкана был скверный, хотя и относительно безвредный характер. Сакурадзима коптил небеса не в первый — и, можно быть уверенным, не в последний раз. Если верить хроникам, извержение, приведшее к гибели людей и разрушению поселений, было отмечено более двухсот лет назад. С тех пор Сакурадзима пугал, но не убивал. Беседа Симадзу Ёсихиро и советника Мицусигэ тоже была делом прошлым. С момента молитвы святого Кэннё, превратившей Страну Восходящего Солнца в Чистую Землю, прошло каких-то двадцать, может, двадцать пять лет, — пустяк в сравнении с седыми веками. Закон будды Амиды лишь недавно овладел Чистой Землей: не все привыкли, но все смирились. Возвышенный драматург, сочинитель пьес для театра Кабуки, сказал бы, что, должно быть, вулкан Сакурадзима тоже боялся сгоряча прикончить кого-нибудь, чтобы буйная душа вулкана не спустилась в ад, а душа убитого не заняла опустевшее местечко в недрах кипящей лавы. — Я слушаю, — сказал Симадзу Ёсихиро. — Продолжай. Вот уже шесть лет, как он отрекся от власти над княжеством Сацума, передав бразды правления своему сыну, достославному Симадзу Иэхиса. Старею, заявил он, пришло время уступить дорогу молодости. Сразу после отречения вчерашний князь постригся в монахи, уйдя от мира, но распоследний слуга в замке Кагосима, не говоря уже о высших сановниках, знал, в чьих руках по сей день находится реальная власть над этими землями. Так бывает: отдаешь, чтобы сохранить. — Корабль, принадлежащий королевству Рюкю, — советник сделал глоток чая, опасаясь, что горло во время доклада могло пересохнуть, — был выброшен на берег у берегов провинции Мусу. Согласно распоряжению великого сёгуна, а также повинуясь приказу вашей светлости, мы вернули экипаж корабля на их родину. Взамен вы в неизреченной милости своей потребовали малого… |