Онлайн книга «Луна в тумане»
|
— Сил полным-полно, — осадил его Широно. — Любому нос утрём! И покачнулся, ухватившись за меня. Я плохо понимал, как мы разместимся в погребе; плохо понимал, как мы будем там закусывать и пить чай; у меня вообще было плохо с сообразительностью, что ни назови, — пока мы не спустились в погреб. Тут я вообще перестал что-либо понимать. Вход в погреб располагался за домом, в саду, под декоративным камнем, который было под силу сдвинуть одному человеку, даже женщине. Вниз вела лестница довольно странного вида, пока я не догадался, что она строилась не для того, кто умеет ходить, а для того, кому надо прыгать. Внизу выяснилось, что погреб довольно просторен, не меньше любой гостиной в зажиточных домах. Стены его были укреплены досками и опорными столбами, а потолок — балками, которых я не видел, потому что ниже балок потолок зашили сухим бамбуком. Пол застелили плотными татами в чехлах, сплетенных из тростника. Поверх набросали подушек — вряд ли для дедушки, скорее для посетителей. — Я бы тут пожил, — мрачно заметил Исиба. — Сухо, тихо. Блинчики с тунцом. Ни поставок тебе, ни отгрузок! Воистину Царство Радости! Он подошел к стеллажу с книгами: — Ты гляди-ка, какая библиотека! А это что? Взяв книгу, Исиба зачитал с выражением: — «…после смерти дочери от "легочной хвори" семья умершей заказала погребальные обряды в храме Хоммё, подарив храму дорогое кимоно из шелка, принадлежавшее покойной. Монахи продали кимоно за хорошую цену, но его новая владелица также вскоре умерла. Когда умерла и третья женщина, носившая это кимоно, одежду публично сожгли в храме под громкие песнопения, отгоняющие злых духов…» Он повернулся к дедушке Тацуе: — Интересуетесь смертями? Хворь, случайно, не ваша работа? — Скорее историей, — любезно ответил попрыгунчик. — Нет, я тут ни при чем. — Когда это было? Что-то не припоминаю. — Шестьдесят два года назад. — Когда? — ахнули мы. Тут Суга и начал рассказ о давних временах и безумных деяниях. Прервался он всего раз, когда женщины принесли поднос с закусками. Вряд ли Суга хотел что-то скрыть от родни, — уже было ясно, что тут все всё знают лучше нас. Думаю, он просто не хотел смущать нас, сталкивая лбами наше незнание с осведомленностью семьи. Слушая, я не заметил, как съел все блинчики. От волнения, должно быть. Ну, кроме одного, который в последний момент успел выхватить Широно. Когда принесли коричный отвар, я уже практически восстановил силы. — Как вы кормились все это время? — спросил я, отпив глоток. — Семья, — объяснил Суга, видя, что дедушка смутился и молчит. — Как говорится, сияние родителей — семь огней на пути. Мы подкармливали дедушку, как могли. — Не смущаясь опасностью? — Опасностью? — Вы сами сказали, что во время еды кён-си теряет контроль и способен прикончить жертву. Суга развел руками: — Кушая родственников, дедушка старался быть осторожным. Да и мой отец передал мне простое правило. Кён-си безоговорочно подчиняется старшему в семье, где его создали… — Так он сам и есть старший в семье! — Живому старшему, — поправился Суга. — Так вот, правило. Говоришь дедушке: «Кушай!» — потом считаешь до десяти и приказываешь: «Отпусти!» Такая потеря жизненных сил безопасна для жизни. А для здоровья так даже полезна. Когда силы восстанавливаются, некоторые болезни проходят сами собой. |