Книга День возмездия. В лабиринте грехов, страница 83 – Анна Кэтрин Грин

Раньше, чем мы пришли на место казни, я уже обдумал все это и принял твердое решение. Я начал с того, что сложил костер и развел огонь. Они смотрели на меня удивленно, но не смели спросить меня, что это значит, пока я сам не прервал молчания.

Когда треща вспыхнуло пламя костра, я подошел к ним.

— Я дам вам отсрочку, о которой вы меня просили, – сказал я твердым голосом, – но только в том случае, если вы дадите мне клятву, которой я потребую. Вы должны торжественно признать, что заслужили смерть, и поклясться привести в исполнение наказание, к которому вы присуждены, когда настанет назначенный день и я напомню вам о вашем обещании. Если вы это сделаете, я даю вам отсрочку на одиннадцать лет восемь месяцев – столько было моему маленькому сыну.

Они посмотрели на меня, словно среди темной ночи ослепительный свет внезапно блеснул перед ними. Они пошатывались как пьяные и почти не могли владеть собой.

— Двенадцать лет! – воскликнул человек, стоящий теперь перед вами. – Этого достаточно, чтобы насладиться жизнью, когда имеешь столько золота!

Уайт выпрямился.

— Хорошо ли я понял, Диринг? Произнесенный сегодня над нами приговор останется неисполненным еще двенадцать лет и в назначенный день мы должны будем убить себя?

— Да, я дарю вам год за год жизни моего сына. Согласны вы?

— Да, да, согласны! – отвечали оба в один голос.

— Так слушайте присягу.

Я сказал им ее слова, и они оба поклялись, подняв руку, перед вечными звездами. Уайт был первым.

— Я, Сэмюел Уайт, – сказал он, – клянусь, что тринадцатого июля тысяча восемьсот шестьдесят третьего года, через двенадцать лет без четырех месяцев, считая от нынешнего дня, явиться в назначенное Робертом Дирингом место и там собственноручно исполнить над собой смертный приговор, по заслугам произнесенный надо мною сегодня.

Когда и другой произнес ту же клятву, я взял у них из рук пистолеты и разрядил их в воздух, так что звук выстрела раздался в горах. Потом я положил оружие дулом в огонь и, когда пистолеты накалились докрасна, подал их владельцам и сказал:

— Чтобы доказать, что у вас достаточно мужества исполнить клятву, возьмите раскаленное железо и выжгите им на левой руке крест как знак предстоящего вам возмездия!

Они с ужасом отступили, но я был глух к их просьбам и возражениям. После короткого сопротивления они повиновались и каждый из них приложил раскаленный металл к дрожащей руке, запечатлев таким образом свою клятву.

Наши товарищи слышали выстрел в горах, и удивлению их не было пределов, когда они увидели, что все трое возвратились живыми. Но они согласились со мной, что в такое трудное время было бы неразумно лишиться помощи двух здоровых сильных мужчин, и снова приняли их в свой круг.

Болезнь пощадила обоих злодеев, между тем как честные, добрые товарищи один за другим делались жертвой эпидемии. Наконец, в живых остались только мы трое. Я ни на минуту не сомневался, что они останутся в живых, потому что вечная справедливость, в которую я верю, была бы нарушена, если бы они не понесли заслуженной ими кары. Я знал это тогда так же, как и теперь. Но мне пришлось ждать гораздо дольше, чем я предполагал, пока наступит день возмездия.

Сэмюел Уайт поплатился за свою вину, когда он был наверху славы и счастья, а теперь и этот человек, несмотря на все хитрости, после двадцати пяти лет, в течение которых он испытывал лишь душевные муки, должен понести свое наказание.