Книга Бастард короля. Испытание любовью, страница 53 – Валерия Дымова

Внезапно младшая дочь маркиза устраивает свою проделку. Она тихонько достаёт из кармана крошечную ящерицу, которую, видимо, поймала в саду и ставит её на край стола, рядом с серебряным подносом. Рептилия с глазами-пуговицами замирает, потом делает резкий рывок и исчезает под скатертью.

Роза, взвизгнув, подтягивает ноги, будто боится, что ящерица окажется у неё на платье.

Маркиз замолкает на полуслове и медленно переводит взгляд на Мануэлу.

— Зачем ты это сделала? — голос его звучит тихо, и Мануэла понимает — отец сердится. Она опускает глаза, но уголки губ всё равно подрагивают, будто девочка едва сдерживает смех.

— Я хотела показать… Какая ящерица быстрая… Я не думала, что она убежит.

— Ты же знаешь — папа не любит беспорядок. — Роза смотрит на сестру с упрёком.

— Но она же не сломала ничего. — Мануэла, недоумевая, пожимает плечами.

Тишина становится неловкой. Маркиз хмурится, и я вижу, как он подбирает слова, чтобы не быть слишком строгим, но и не оставить проступок без внимания.

— Это не беспорядок, — говорит он наконец. — а неуважение к правилам в доме. Ты должна понимать последствия.

Мануэла опускает голову, и на секунду в ней исчезает озорство — остаётся только маленькая девочка, которой стыдно.

— Простите, папа, — бормочет она.

И тогда я делаю шаг вперёд. Я не хочу спорить с маркизом, но вижу, как дрожат у Мануэлы пальцы, и понимаю: наказание сейчас не научит её, а только заставит бояться.

— Дон Густаво, — тихо говорю я. — Думаю, достаточно будет, если Мануэла поможет садовнику сегодня после обеда — пусть узнает, откуда берутся эти ящерицы, где живут. Тогда она поймёт, что с ними нельзя обращаться как с игрушками.

Все смотрят на меня: маркиз — с лёгким удивлением, Роза — с интересом, Мануэла — исподлобья, будто не верит, что кто-то за неё вступился.

Куба остаётся позади. Словно серая тень на горизонте, она растворяется в дрожащем мареве. Корабль покачивается на ленивых волнах, будто не хочет уходить от берега. Я стою у борта, прижимая к себе Лео, и смотрю, как остров тает словно дурной сон, который хочется забыть, но он всё равно будет сниться.

Роза и Мануэла сидят на скамье неподалёку. Мануэла болтает ногами и без конца теребит ленты на платье, а Роза, серьёзная, похожая на маленькую старушку, следит за каждым моим движением, словно боится, что я исчезну, если отвести взгляд.

— Мы скоро будем в Мехико? — Роза спрашивает не из любопытства. Она хочет прогнать воцарившуюся неожиданно тишину.

— Да, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Мы плывём в замечательное место. Пансион для сеньорит вроде вас расположен при монастыре иеронимитов в самом центре Мехико. Там учат чтению и письму, а также у них обширная библиотека. Уверена, вам понравится.

— А можно, чтобы там были ящерицы? — вдруг спрашивает Мануэла, и уголки её губ дрожат в озорной улыбке.

Роза закатывает глаза:

— Опять ты со своими ящерицами!

— Ну а что? Они же не кусаются.

Я улыбаюсь, и на мгновение тревога отступает. Но стоит мне снова посмотреть на море, оно вдруг кажется враждебным, бескрайним, полным невидимых угроз.

На палубе и правда непривычно тихо. Охрана, приставленная маркизом де лос Велесом, держится особняком. Двое чернокожих слуг, сильных и молчаливых, стоят у мачты, изредка переговариваясь на незнакомом наречии. Их спокойствие всегда казалось мне надёжным, словно каменная стена. Но сегодня их взгляды скользят по палубе, мачтам, по горизонту, будто они прислушиваются к звукам, которых не слышу я.