Книга Попаданка и её сестры, страница 42 – Валерия Аристова

Она приподнялась на локте. Темнота скрывала лица, но не чувства. Её сердце колотилось так, что, казалось, он должен его слышать его стук.

— А какая я?

— Самая удивительная женщина, которую я встречал, — сказал он просто. — Вы сражаетесь, как лев, и поёте, как ангел. Вы смеётесь над моими плохими шутками и спорите со мной о книгах. Вы… вы не вписываетесь ни в один известный мне шаблон.

Она протянула руку в темноте и коснулась его руки. Он вздрогнул, но не отнял её.

— Питер, я…

Она не закончила. Он наклонился, и его губы нашли в темноте её губы. Поцелуй был не робким, не вежливым. В нём не было ничего от холодного аристократа. Это был поцелуй человека, который нашёл родственную душу там, где меньше всего ожидал её найти.

Для Элли мир 19-го века со всеми его условностями в этот миг перестал существовать. В её мире, в том, откуда она пришла, такая близкость между взрослыми людьми, испытывающими взаимное влечение, не была чем-то немыслимым. Это было логично. Естественно. Желанно. Она отвечала на его поцелуи с не меньшей страстью, обвивая руками его шею, заставляя забыть обо всём: о беглой сестре, о скандале, о пропасти между ними. Были только они двое, эта тёмная комната и пьянящее чувство, что она наконец-то нашла то, что искала.

Утром её разбудил холод. Камин потух, и комната выстудилась за ночь. Питер стоял у окна, уже одетый, смотрел на просыпающийся город. Его поза была снова отстранённой, но плечи были напряжены. Элли приподнялась, сжимая одеяло у горла. Воспоминания нахлынули на нее, горячие и ясные. Она не чувствовала стыда. Только лёгкое, странное головокружение и щемящую нежность к этому человеку.

Он обернулся. Его лицо было серьёзным, почти суровым.

— Элинор… — начал он.

— Не надо, — мягко остановила она. — Никаких извинений. Никаких сожалений. Я взрослая женщина, и я знала, что делаю.

Он смотрел на неё, и в его глазах бушевала буря — смятение, раскаяние и что-то ещё, что давало ей надежду на ещё одну подобную ночь.

— Это меняет всё, — глухо сказал он.

— Ничего! Ничего это не меняет! — возразила она, вставая и начиная одеваться с практичной быстротой, которой научил её этот мир. — Мы едем искать мою сестру. Не стоит испытывать угрызений совести, милорд. Я абсолютно ничего от вас не требую. Это всего лишь ночь. Она не стоит страданий и жертв.

Путь до границы Шотландии они проделали почти в полном молчании, но это молчание уже не было неловким. Оно было насыщенным, полным невысказанных слов и украдкой брошенных взглядов. Они ехали слишком быстро и, по расспросам на почтовых станциях, выяснилось: молодую пару, подходящую под описание, здесь не видели. Они их перегнали. Возможно, Александр и Вирджиния выбрали другой маршрут, или задержались в пути. В конце концов карета, запряжённая цугом, всегда летит быстрее тяжёлого дилижанса.

Когда же они, наконец, достигли Гретна-Грина, маленького, но знаменитого на весь мир городка, и стали расспрашивать местных, ответ был один и тот же: такой пары здесь не было. Никто не венчал красавицу и молодого человека в очках за последние несколько дней.

— Остаётся только ждать, — сказал Питер, — возможно, даже несколько дней.

— Я уверена, они скоро тут появятся, — отозвалась Элли.

Ей было хорошо рядом с ним. И, вдруг она осознала это очень четко, ей было совершенно все равно, выйдет ли Вирджиния замуж за Александра Лоуренса. Абсолютно все равно.