Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 161 – Сандра Барро

— Какая досадная неосторожность.

Голос альбиноса был негромким, но в этой искусственной тишине он полоснул по нервам, точно удар хлыста. Звук не достигал слуха, он рождался прямо в моей голове, откликаясь дрожью в каждой клеточке тела. Я видела, как пылинки вокруг него, словно в замедленной съёмке, разлетаются в стороны, избегая соприкосновения с чёрным сюртуком. Каждый его жест был исполнен такой ледяной грацией, что мне на мгновение стало трудно дышать. Это был не человек. Это было нечто древнее и злое, облечённое в форму безупречного аристократа.

— Значит, вот ты какая, — Юлиан вскинул бровь, и в его голосе, звучащем прямо у меня в сознании, послышалась насмешка. — Мой брат всегда был неразборчив в связях. Он растрачивал себя на мелочи, на мимолётные увлечения и ненужных людей. Но я даже рад, что на этот раз он оказался таким расточительным. Мужчина сделал шаг вперёд, и реальность вокруг меня качнулась, словно палуба корабля в шторм. — Ведь ты — это всё, что от него осталось. Ты — сосуд для его силы, живой памятник его глупости и... моей удаче. Тебе не скрыться теперь, как бы далеко ты ни бежала и ни пыталась спрятаться. Его розовый, прозрачный, как разбавленная кровь, взгляд, казалось, прошивал меня насквозь, добираясь до самых потаённых страхов. — Ты ведь и сама это почувствовала, не так ли? — Юлиан чуть склонил голову набок, наблюдая за моей реакцией с любопытством энтомолога, препарирующего редкое насекомое. — Как его тьма медленно проникает в тебя. Как она вплетается в твои вены и пускает корни в душе, становясь частью твоего «я». Ты становишься сильнее, Полина. Можешь повелевать людьми, насылать проклятья и морок. Забирать души и отдавать их обратно лишь по одному щелчку пальцев... Он замолчал на мгновение, его взгляд медленно прошёлся по моему лицу, задерживаясь на губах, на глазах, словно он читал мою подлинную историю. — Полина Туманова... — пробуя имя на вкус, произнёс он. — Тебе пошла бы другая фамилия... Например, Вальмонт. Юлиан изучающе смотрел на меня, а я застыла, боясь даже шелохнуться, чувствуя, как теряю контроль над собой. Но внезапно его лицо исказилось, ледяное спокойствие дало трещину, и на меня обрушилась вспышка чистого, неприкрытого бешенства.

— НО ТЫ И ТАКИЕ, КАК ТЫ, УБИЛИ МОЕГО БРАТА! — прогремело у меня в голове так, что перед глазами на миг всё потемнело. Он снова взял себя в руки, но этот выплеск был подобен удару. Юлиан чуть сузил глаза. Теперь в них не было любопытства — только холодный расчёт кредитора. — Придёт время, и я заберу тебя. По праву крови, что сейчас течёт в тебе. Всему своё время.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось от омерзения. Но где-то в самой глубине души отозвался постыдный горячий импульс. Метка под лопаткой снова запульсировала в ритм моему сердцу. Сила, о которой он говорил — возможность решать судьбы, коснулась моего сознания искушающим шёпотом. И этот отклик пугал меня больше, чем сам Вальмонт. Маркиз прикрыл глаза, и его губы зашевелились, выталкивая слова на древней латыни. Голос изменился, стал глубже, словно вибрируя из самой преисподней:

— Sanguis noster, tenebris iunctus, in venis tuis reviviscit… — его шёпот заполнял всё пространство. — Cruor umbrae, nexus aeternus.* С каждым его словом я чувствовала, как невидимые нити затягиваются вокруг моего горла, связывая с этим человеком, с его погибшим братом и с той бездной, которую они олицетворяли. Юлиан не просто говорил, он закреплял право собственности. Я хотела крикнуть, оттолкнуть его, но тело не слушалось.