Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 101 – Сандра Барро

Родина покачала головой, и этот жест был полон такой горькой и окончательной правды, что спорить с ней было невозможно. Она смотрела на меня, как на призрака из мира живых, который просто не понимает законов её личного ада.

— Я не могу, — её голос сорвался, став почти неслышным. — Вы не понимаете... У меня лишь одна дорога. Уже несколько лет я хожу только этим путём: от дома до беседки и обратно. Это мой предел.

Она обвела дрожащей рукой пространство вокруг нас, словно указывая на невидимые стены клетки, выстроенной прямо посреди залитого солнцем парка.

— Как только пытаюсь уйти в сторону, — женщина сглотнула, и я увидела, как на её шее забилась жилка, — как только я переступаю запретное и пытаюсь покинуть эти аллеи, жизнь начинает вытекать из меня. В то же мгновение становится так плохо, будто сердце останавливается, а остатки души готовы сорваться из тела и раствориться в пустоте.

Ирина снова судорожно вцепилась в мой рукав, и я почувствовала, как её бьёт мелкая непрекращающаяся дрожь.

— Это не просто страх. Это цепь. Невидимая холодная цепь, которая держит меня здесь. Дальше этой черты для меня — только смерть. И она настигнет меня быстрее, чем я успею добежать до ваших ворот.

Я невольно обернулась к Жаргалу. Он стоял неподвижно, но по его лицу было видно: он чувствует «границу» и эту магическую петлю, затянутую на шее несчастной женщины. Ситуация была куда страшнее, чем просто похищение. Госпожу Родину не просто удерживали, а привязали к этому месту чем-то гораздо более крепким, чем стальные замки.

Нужно было что-то делать! Я не могла оставить Ирину здесь. Теперь, когда мы нашли её, я даже мысли не допускала, что она опять уйдёт в логово тьмы. Мне было предельно ясно, что часть души женщины принадлежит кому-то другому. Но сейчас важнее было забрать её на Шпалерную. И уже там попытаться разорвать эту связь. Я понимала, что, возможно, снова поплачусь своим здоровьем. Та жуткая мигрень, что преследовала меня после прикосновения к медальону и после того, как я увидела кольцо на аукционе... Всё это говорило мне, что я вторгаюсь туда, куда не следовало бы. Но поступить по-другому просто не могла. Вспомнив всё, что читала в тетрадях отца Сергия, я судорожно восстанавливала в памяти ритуалы с «духовиками», которые могли ослабить влияние тьмы. Ведь если тут задействована привязка души, то можно попробовать разорвать связь на время. Заменить её чем-то. Оставить ложный след для того, кто держит невидимый поводок. А сделать это можно было только кровью.

Поддерживая женщину под руку, я кивнула Жаргалу. Он подошёл ближе, и его присутствие ощущалось, как плотная стена. Нащупав в кармане небольшую архивную булавку, я вкратце пересказала ему свой замысел. Он кивнул и снова поразил своей стойкостью. Ни тени сомнения, ни капли страха. Он был готов шагнуть за мной в любую бездну.

— Делай, — коротко бросил он. — Я готов. Ирина ловила каждое наше слово, и на её измождённом лице промелькнула тень удивления, смешанная с робкой надеждой. Видимо, она окончательно поняла: мы — не просто сочувствующие беде, а те люди, кто видят её оковы. Жаргал прикрыл глаза. Из его груди потекла мантра... Сначала тихая, похожая на рокот далёкого грома или урчание зверя, она постепенно набирала силу. Этот звук вибрировал в воздухе, создавая вокруг нас плотный купол, отсекающий холод аллей.