Книга Ксения Чуева. Шепот касания, страница 27 – Эва Гринерс

— Тогда выезжаем всей группой, — сказала я. — И сразу работаем вместе. Посмотрим, как у нас пойдёт дело.

Матвей чуть приподнял брови и кивнул.

— Распределяйте.

Я мысленно собрала всех в одну картину и заговорила деловым тоном.

— Иван Петрович, — обратилась я к Карпову. — Вы идёте с Павлом Сергеевичем Немовым. Обходите весь дом: двор, подъезды, лестницы, коридоры. Ничего не анализируете — просто отмечаете ощущения. Где сильнее, где слабее. Прямо на плане.

— Есть, — ответили они почти одновременно.

— Алексей Николаевич, — я повернулась к другому, — вы опрашиваете жильцов. Не всех подряд. Кого встретите, кто согласится. Мне важны не подробности, а совпадения. Что видели, что слышали, когда началось. Всё записывайте.

Он коротко кивнул. Я знала: он не забудет ни слова.

— С вами пусть идёт фельдшер, — добавила я. — Пусть люди ещё раз проговорят свои недомогания. Диагнозы мне не нужны. Только повторяющиеся симптомы.

— Понял, — ответил тот.

Я на мгновение замялась и посмотрела на Матвея.

— А мы с вами осмотрим дом целиком, — сказала я. — Все помещения, куда пустят. Без спешки. Хорошо?

— В своих действиях вы вольны, Ксения Дмитриевна, — заметил он спокойно.

Я улыбнулась.

— Если мы работаем вместе, значит, вместе.

— Есть ещё один момент, о котором я должен сказать сразу, — добавил Матвей, сделав короткую паузу, словно подбирая формулировку. Он открыл блокнот, пролистал пару страниц и продолжил:

— Здание принадлежит одному важному сановнику, человеку при ведомстве, фамилию пока опустим.

Матвей поднял на меня взгляд.

— Именно поэтому нас и попросили заняться этим делом с особым вниманием и без лишнего шума. Жалобы есть, их много, но… — он чуть повёл плечом, — вы понимаете. Вопрос слишком деликатный, чтобы устраивать вокруг него переполох. Люди не должны быть напуганы нашим появлением и нашими расспросами.

Я кивнула.

— Всё понятно. И людей, действительно, не стоит пугать без нужды заранее.

Дорога заняла немного времени. Мы ехали в экипажах, и я успела рассмотреть дом ещё издалека — Карпов показал на него.

Дом был… красивым. Нарядным. Светлый фасад, лепнина, балкончики с коваными решётками, кариатиды у входа. Дом, в который хотелось войти. Дом, в котором, казалось бы, должно быть спокойно и уютно.

Но стоило нам остановиться, как я заметила, что Карпов снова потянулся к плечу, а юный чуткий Павел Сергеевич нахмурился и как-то инстинктивно втянул голову в плечи.

Матвей подал мне руку.

— Пройдёмте, Ксения Дмитриевна.

Я приняла её и шагнула вперёд, чувствуя, как за внешней нарядностью этого дома скрывается нечто, что ещё только предстояло услышать.

Дом не заговорил со мной сразу, молчал пока что. Но это было не спокойное молчание.

Мы вошли в подъезд. Первым — Дроздов, за ним Матвей, после него Суриков и я. Карпов, держащийся за плечо, и Петенька завершали процессию.

Дом встретил нас тишиной. Мне почудилось, что жильцы дома, как заговорённые, стоят все истуканами за дверями своих квартир и не шевелятся, не дышат. Даже жутко стало. Разгулялось воображение.

Парадная была светлой, ухоженной: чистые стены, аккуратная лепнина под потолком, отполированные чугунные перила. На площадке первого этажа висело большое зеркало в потемневшей раме — не новое, но тщательно вычищенное. Всё говорило о том, что за домом следят, ухаживают. Мой дом был скромнее. Но меняться я бы точно не стала.