Книга Янтарь и Лазурит, страница 160 – Чайный Лис

Хвост Кохаку больше ничто не придавливало, она вскочила на ноги и выпустила когти на левой руке, рванула вперед и полоснула плечо Чукччи. Она не могла убить тело Юны или сильно навредить, но должна была как-то ослабить, поэтому замахнулась вновь – и на этот раз расцарапала спину.

Шаги раздались совсем близко, и Ю Сынвон наконец-то прошел через обгоревшую дыру.

— Скучала? – насмешливо поинтересовался он, но Кохаку было не до шуток. Краем глаза она заметила гохэй в его руках и, не задавая лишних вопросов, вырвала жезл.

В этот момент Кохаку почувствовала, как по телу разлилось тепло, а вместе с ним и сила. Гохэй засветился, и только теперь она заметила, где все это время скрывался аккым. Пришлось зажать жезл зубами, так как правая рука по-прежнему безжизненно висела вдоль тела.

Пока Чукччи стояла в растерянности, Кохаку оказалась перед ней и левой рукой вырвала пинё в форме веточки бамбука из ее волос. Темные пряди рассыпались по спине и прикрыли кровоточащие раны, а тело Юны с гулким звуком упало на пол.

— Что ты натворила?! – завопил сердитый голос из пинё на ее ладони.

— Освободила мир от зла, – прорычала она сквозь зубы, продолжая держать гохэй во рту.

— Ты не сможешь одолеть всех, мелочь! – Аккым больше не смеялась, а по-настоящему зашлась в ярости, но силе луны не могла ничего противопоставить. Завладеть телом Кохаку было не в ее власти.

Кохаку улыбнулась и зажала гохэй в локте, так как вторая рука по-прежнему не работала. Чуть склонив голову набок, она ответила:

— Но я могу разделаться с твоим братцем в Цзяожи.

Лежавшая на раскрытой ладони Чукччи сердито прошипела:

— Ты не посмеешь. – Пинё задрожала и попыталась упасть на пол. – Ты никогда не найдешь его.

— Я провожу госпожу лису.

Из-за спины Ю Сынвона выглянул монах Чуньли, которого Кохаку совершенно не ожидала здесь увидеть. Она хотела возмутиться, зачем генерал решил вмешать мирских, но вовремя прикусила язык и заставила себя промолчать. Рури тоже относился к боевым монахам, а насколько она поняла, Чуньли даже был старше его по положению. К тому же вдруг и он знал об аккымах?

— Что-то хочешь сказать напоследок, Чукччи?

Она ощутила, как пинё в ее руках нагрелась.

— Не убивай меня!

— Я и не собиралась, – ответила Кохаку и прикусила нижнюю губу. – Я лишь помогу тебе уйти с миром.

Пинё перестала дрожать.

— Но верховная лиса мертва, – с подозрением возразила Чукччи, и эти слова заставили грудь Кохаку сжаться от боли.

Она вздохнула и улыбнулась сквозь горечь.

— Со мной ее сила.

— Зачем ты тратишь время на болтовню с аккымом? – Ю Сынвон не выдержал и вмешался в их разговор.

Кохаку нахмурилась. Пусть генерал Ю славился своим умом и гениальными стратегиями и его планы редко проваливались, но сейчас он повел себя опрометчиво. Даже неопытная Кохаку понимала, что аккым мог поделиться информацией.

— Вас что-то не устраивает, генерал Ю?

Она сверкнула глазами и сердито посмотрела на него.

— Моя госпожа! – вдруг раздался знакомый голос, который Кохаку тоже не ожидала здесь услышать. Пухлый евнух Квон с трудом пролез в дыру, задев верх выступающей шапкой, и, чуть не упав, кинулся к ней, обеспокоенно осматривая со всех сторон. – Моя госпожа, вы не пострадали?!

Вслед за ним в пещеру вернулся Рури и виновато взглянул на нее, лазурные глаза светились искренним беспокойством. Должно быть, ее друг пытался удержать евнуха от опасного места, но тот все равно прорвался. Угроза миновала, они все только разговаривали. Кохаку вздохнула: