Книга Янтарь и Лазурит, страница 101 – Чайный Лис

— Мне нужно, чтобы вы подождали меня здесь, – потребовала Кохаку, как только они отошли на достаточное расстояние.

— Принцесса Юнха, вы клянетесь, что не сбежите? – захныкал евнух Квон, слишком привыкший к ее выходкам.

— Сейчас вернусь, ждите. – Она хитро улыбнулась и скрылась за ближайшим домом, где поставила на землю узел с одеждой, посадила на него Рури и отвернулась.

— Можешь превращаться.

Почти сразу она услышала шуршание за спиной, обняла себя за плечи, борясь с желанием обернуться и подглядеть. Но не успела решиться, как Рури сказал:

— Нуна.

Он оделся невероятно быстро и предстал перед ней в уже привычном темно-синем халате. Рури сам обладал такой скоростью или же воспользовался талисманами монахов? Его распущенные волосы были немного растрепанными и спутанными. Кохаку закусила губу, мысленно представила, как бы она подошла, запустила в них свои пальцы и помогла распрямить; но в реальности осталась стоять на месте и с улыбкой крикнула намеренно громко:

— Монах Шуаньму, какая неожиданная встреча!

Только что она говорила эти слова наследному принцу, но не придумала ничего лучше, чтобы объяснить появление Рури. Она не сомневалась, что Хеджин поймет ее – та всегда понимала, – и не ошиблась: слуги зашли за домик и приблизились к своей госпоже.

Кохаку набрала в рот побольше воздуха, собираясь с мыслями, и выдала на одном дыхании:

— Мне нужно незаметно уехать в Анджу, можете остаться здесь или отправиться со мной.

— В Анджу?! – в ужасе переспросил евнух Квон и так запрокинул голову, что его шапка чуть не сползла.

— Тише!

Хеджин оказалась более здравомыслящей, быстро оценила ситуацию и выдвинула предложение:

— Проще всего поехать с торговцами.

— Тогда узнаем в гавани, не отправляется ли туда какой-нибудь караван, – решила Кохаку и уже собралась двинуться в путь, как перевела взгляд на Рури, которого тоже не успела посвятить в детали. – Монах Шуаньму, ты с нами?

— М.

Тяжеленный камень свалился с души. Кохаку не подозревала, насколько сильно переживала, что друг ее детства, которого она давно считала покойным и который так внезапно появился, в один день мог покинуть Сонгусыль и уехать в свой Цзяожи. Даже если рано или поздно это случится, теперь ему придется задержаться еще на несколько недель.

Воодушевленная, она радостно подняла голову, улыбнулась и уверенной походкой отправилась в сторону гавани, но тут вдруг ее схватила за локоть настойчивая служанка. Кохаку обернулась и непонимающе посмотрела на Хеджин: губами та держала ленту и сверлила госпожу недовольным взглядом, отчего заставила ее виновато рассмеяться. Не говоря ни слова, Хеджин вытащила волосы Кохаку из-за шиворота и в мгновение ока наспех заплела косу, связала лентой, лишь после этого кивнула и позволила отправиться в путь.

Прибывшие в гавань корабли издавали сильный гул, режущий уши. Голова Сюаньму вскоре разболелась не только от шума, но и от постоянно мелькающих перед глазами людей – те метались туда-сюда, куда-то спешили. Он предпочел бы избежать этого места – если и возвращаться в Цзяожи, то можно отправиться более длинным путем по суше, но сейчас нуна и ее слуги решили, что добираться до Анджу будет проще с торговцами. Именно в гавани, неподалеку от городской стены, они решили отыскать подходящий караван. Зачем понадобилось туда – нуна не сказала, но, видимо, об этом говорилось в записке ее матери.