Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 72 – Ангелина Сантос

— Нет. Принимаем только наличные. Деньги храним под описью до решения Арлена. Склад уведомляем письменно, что оплаченный уголь удерживают незаконно. Томас подтвердит объём поставки.

— А мука?

— Купим в деревне дороже.

— На сколько хватит шестидесяти одной кроны?

— На десять дней без ремонта. На шесть, если сломается труба.

Из кухни донёсся стук. На этот раз упала крышка котла.

— Десять, — сказала Мара. — Не будем подсказывать дому.

К вечеру приехал независимый аудитор, которого назначил Арлен. Он привёз четыре книги, копии банковских переводов и сведения из налоговой палаты. Мы работали всю ночь.

Из заявленных двух тысяч четырёхсот крон подтверждались восемьсот четыре.

Двести десять подписал умерший управляющий. Сто восемьдесят относились к чужому мосту. Триста двадцать за мрамор ушли на ремонт столичного дома Вайренов. Четыреста двадцать за трубы провели дважды. Двести пятьдесят за утилизацию кладки не соответствовали выполненной работе. Остальное составляли незаконные проценты, штрафы во время храмовой консервации и поставки серой смеси, которую Роэн не заказывал.

— Реальные восемьсот четыре мы должны? — спросила я.

— После вычета дохода от незаконного использования источника, — ответил аудитор. — Храм три года продавал горячую воду двум мастерским ниже по склону. Платежи шли на отдельный счёт.

— Сколько?

— Не меньше ста девяноста крон. Возможно, больше.

Мара стукнула шиной по столу.

— Они закрыли нашу купальню и продавали нашу воду.

— Нужны договоры мастерских, — сказал аудитор.

— Получим.

Обе мастерские находились ниже Роэна, у старого русла. Первая красила шерсть: горячая вода поступала в каменный бак по трубе, которой не было на нашей схеме. Хозяйка, госпожа Таль, сначала заявила, что платит законному поставщику и не обязана показывать договор.

— Я не требую второй оплаты, — сказала я. — Мне нужна копия, чтобы определить получателя.

— А потом вы перекроете воду.

— Нет. Предложу новый договор по прежней цене, если расход не мешает гнезду и купальне.

Она не поверила до тех пор, пока Мара не показала расходную книгу. Вода уходила из аварийного сброса, который иначе стекал в канаву. Перекрывать её действительно не было смысла.

Договор подписал Корвин от имени «Северного фонда сохранения источников». Платёж — пять крон в месяц, срок — четыре года. На обороте имелась отметка: доход направлять в особый фонд Первого Огня.

— Приходил один и тот же сборщик? — спросила я.

— Первые два года храмовый служитель. Потом человек в сером. Хромал на правую ногу.

Тот, кого искали после затопления.

— Имя?

— Представлялся Нолом.

Нол Вирт сидел под стражей у Арлена и отказывался отвечать. Теперь у нас был свидетель, связывающий его с деньгами Роэна задолго до колокола.

Вторая мастерская обрабатывала кожу. Владелец отдал договор сразу и попросил никому не сообщать, что говорил с нами.

— Два дня назад приезжали люди лорда Вайрена, — сказал он. — Велели следующий платёж внести им как новому кредитору.

— Вы внесли?

— Нет. Срок через неделю.

— Кто приезжал?

Он описал Оскара Нейта и одного охранника Дарена.

— Вам показывали документ уступки?

— Печать. Я не умею разбирать такие бумаги.

— Тогда до решения Арлена никому не платите. Мы письменно подтвердим, что вода не будет перекрыта.