Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 71 – Ангелина Сантос

«Вы всё сделали правильно», — написала я.

Он перевернул лист.

«Мы».

Я исправила первое слово.

В гнезде пятое яйцо снова давало физический удар. Я не могла его услышать, поэтому приложила пальцы к каменному бортику. Мара остановила мою руку, проверила, что контуров нет, и только потом разрешила.

Через долгую паузу камень едва заметно толкнулся.

Я улыбнулась.

Кель написал крупно: «ПЯТЬДЕСЯТ СЕКУНД».

Лучше, чем вчера.

Слух начал возвращаться к вечеру. Сначала щелчок двери, потом стук ложки, затем отдельные согласные в речи. Полностью восстановился на третье утро.

За двое суток никто не провёл запрещённую процедуру, не перегрел яйцо и не потерял ни одной монеты из кассы.

Я открыла журнал и добавила к правилам новый пункт: «Если слушатель недоступен, работа продолжается по распределённым обязанностям. Отсутствие одного человека не является основанием нарушать протокол».

Раньше я считала контроль единственным способом не допустить ошибку.

Теперь у Роэна были люди, которые могли остановить и меня.

И я впервые записала это не как угрозу.

Счёт Роэна заморозили в девять утра.

В десять торговец мукой отказался принимать нашу расписку. В одиннадцать городской склад сообщил, что выдаст оплаченный уголь только по разрешению нового держателя долга. К полудню двое постояльцев потребовали вернуть аванс, потому что в Белом Броде объявили о скором закрытии купальни.

Дарен действовал быстрее суда.

Банковское уведомление доставил тот же серый представитель, который требовал обеспечение в кабинете Арлена. Оскар Нейт положил бумагу на стойку гостиницы и вежливо подождал, пока я прочитаю.

Северный кредитный дом уступил требования компании «Вайрен и Северные земли». До выяснения размера долга все безналичные поступления Роэна удерживались на специальном счёте. Доходы от охраны обозов, городские переводы за комнаты и купальные абонементы стали недоступны.

— А наличная выручка? — спросила я.

— Вы обязаны вносить её на удерживаемый счёт раз в три дня.

— На основании какого решения?

— Условий старого залогового договора.

— Покажите договор.

Оскар протянул копию. Подпись владельца стояла на последней странице, а условие об удержании — на отдельной вставке без нумерации.

— Эта страница добавлена позже.

— Документ заверен.

— Кем?

— Храмовым нотариусом.

— Тем самым, чья казна продала долг Дарену.

— Это не отменяет печать.

Мара уже записывала разговор.

— Сколько вы заплатили за требования? — спросила она.

— Коммерческая тайна.

— Значит, меньше их стоимости.

Оскар застегнул папку.

— Госпожа Эстен может избежать взыскания, приняв предложение нового кредитора.

— Госпожа Эстен уже отказала, — сказала я. — Теперь новый кредитор получит аудит и заявление о подделке.

— До решения суда вы обязаны исполнять договор.

— До решения суда действует запрет Арлена на блокировку хозяйственной кассы.

— Запрет касался прежнего кредитора.

— Требование осталось тем же. Смена имени не создаёт новое право.

Оскар пожал плечами.

— Объясните это банку.

Он ушёл.

В наличной кассе оставалась шестьдесят одна крона. Тридцать семь лежали в замороженном банке. Через два дня требовалось платить за муку, через четыре — охране, через шесть — первый взнос старого жалованья.

— Закрываем гостиницу? — спросила Мара.