Книга Разбуди меня в Сеуле, страница 138 – Надежда Тихомирова

— Девочки, присоединюсь к вам за кофе? – окликнула подруг Джису, стараясь говорить как можно беззаботнее.

«Ангелы» уселись за столик на троих подальше от окна. Начавшийся было small talk сразу пре рвался – как будто девушки разом почувствовали, что есть важный, не терпящий отлагательств разговор.

Джису в упор взглянула на подруг поверх керамической кружки. Сейчас – или она больше никогда не решится.

— Это прозвучит странно, но поверь, мне это нужно знать… Что происходит между тобой и господином Муном, Каюн?

Каюн вытаращила глаза. Только пятнадцать минут назад они обсуждали с Дженни, как ей вести себя дальше, и оказались в полном тупике. И вот сейчас – Джису… какое она имеет отношение к Джехи?! Внезапно ее озарило:

— Минутку… фото Джехи в твоем телефоне, ведь это был он – Дженни тогда не ошиблась?..

…Джису потребовались все ее силы, чтобы рассказать свою правду: не такую уж увлекательную, но это все же была история ее жизни. Очень болезненная и для нее самой.

Выслушав Джису, Дженни и Каюн надолго замолчали, а затем переглянулись – и Джису с горечью осознала, что интуиция не обманула ее: Мун успел заманить в свою ловушку наивную маленькую Каюн.

— Мы должны отомстить ему – за нас всех! – с решимостью, удивившей ее саму, за явила Джису. – Не знаю, за что он издевается над всеми женщинами, которые попадаются ему на пути, но он пожалеет о том, что сделал! Он должен остановиться!

Однако спустя полчаса ожесточенных споров девушки так и не смогли найти решения.

— Этот Мун… – в отчаянии всплеснула руками Дженни. – Он любой трюк может выкинуть! И каждый наш шаг предугадать!

— Точно! – Джису быстро взглянула на нее с внезапно блеснувшим в глазах любопытством. – Господин Мун – мастер трюков, он настоящий фокусник, хамелеон…

Каюн подняла глаза на Джису, и во взгляде ее впервые проступила твердая уверенность.

Пусть этот демон и сумел обвести их всех вокруг пальца… Джису была тогда совсем юной, она не отдавала себя отчета в том, что делает, и даже не рассчитывала на порядочное к себе отношение. Дженни была сама не своя после чудовищного скандала, устроенного ей Тэхёном. А она сама, Каюн… просто была слишком молодой и инфантильной. Была – до встречи с ним…

— Ничего, – произнесла она вслух, и обе подруги уставились на нее. – Если так… то и мы тогда устроим ему… Гудини!

Сегодня Джунхо впервые опоздал на занятия в университет. Он отказался по просьбе преподавателя выйти к доске и рассказать классу о смене доминирующей религии в позднем Чосоне. Профессор, окинув отличника удивленным взглядом, поспешно вызвал другого студента. Джунхо был одним из лучших на потоке, но сейчас выглядел таким рассеянным и несчастным, что не хотелось лишний раз его мучить.

А Джунхо даже не понял, что его вызвали. В своих мыслях он как раз отвечал Каюн, что не обижается на нее и все понимает. Она не звонила уже три недели. Они не виделись с тех пор, как поссорились из-за этого проклятого Муна. Джунхо тогда ушел рано утром, а Каюн даже не перезвонила ему.

Воспоминание об актере заставило Джунхо вспыхнуть. Чтобы успокоиться, он схватился за мочку левого уха и сильно сжал ее. На подушечке пальца отпечатался даосский символ «у-вэй», дословно – «недеяние». Джунхо с досадой скользнул по нему взглядом и сразу прикрыл глаза, чтобы усмирить дыхание. В его зрачках «у-вэй» продолжал гореть, как только что выжженная татуировка. Что ж, эту пытку Джунхо выдержит до конца.