Онлайн книга «Искатель, 2010 №5»
|
— Ты согласилась, — сказал Андрей. — Да, согласилась, — девушка тряхнула волосами. — А он? — Даже руки потер: «Вот и славно. И чудненько. Теперь я назову вторую причину, почему мы медлим. Дело, Эля, в специализации вашего бывшего возлюбленного. Вы ведь его больше не любите, правда? Но я о специализации. Ему рядовых банкиров, коммерсантов там разных не «заказывают». У него заказы иные — воры в законе, авторитеты, отморозки всякие. Те самые конкуренты, о которых вы говорили. Не его личные, конечно, а тех людей, на которых он работает. Все его жертвы — редкая мерзость, но вместе с тем и они — граждане России, а посему находятся под охраной закона. Это печальное свидетельство нашего времени: выродков, которых надо ставить к стенке или отправлять за решетку лет на двадцать, мы вынуждены защищать, потому что привлечь их к уголовной ответственности чрезвычайно сложно. Естественно, мы ничего не имеем против того, чтобы они насильственным путем покинули этот мир, и с этой точки зрения даже благодарны вашему бывшему другу сердца. Хоть бы все друг друга перестреляли! Однако нас не устраивает неведение, кто станет следующей мишенью, как это повлияет на расклад сил в уголовной среде; наконец, не приведет ли это к такому результату, что на место одного негодяя придет другой, еще худший. С вашей помощью мы хотя бы частично будем в курсе дела. Еще вопросы есть?» — У меня есть, — сказал Андрей. — Он же тебе говорил, что они его с поличным взять собираются. Неувязочка. Эля усмехнулась: — И я ему на это указала. А он сказал, что возьмут, когда время придет. Особенно если его вдруг на какого-нибудь политика нацелят. Или министра. Или даже президента! Тогда медлить не будут, и не с поличным — просто возьмут. Эля посмотрела на Андрея и возмутилась: — Я перед ним наизнанку выворачиваюсь, а он спит! — Я не сплю. Я задумался. — И о чем же ты думал? Вообще-то Андрей думал о товарище Божедомове, патентованном шантажисте с красными корочками в кармане. А еще — о киллере в сером свитере, с родинкой у левого глаза и скрипучим голосом, которого он отправил на тот свет, взорвав катер Кудри. Помнится, Кудря ему пенял за то, что он свою девку упустил... Но Андрей не стал говорить об этом Эле. Мало ли какие совпадения бывают! Да и стоит ли говорить? — О том я думал, — сказал он, — что обложили они тебя, как волка флажками. Ни вздохнуть, ни пикнуть. Спорим, угадаю, чем он свою речь закончил? — Кто спорит, тот сам знаешь, чего не стоит. — Эля взглянула на стакан, много ли осталось, хватит ли. — Ну? — Он понять дал, что тебе назад хода нет. Слишком многое тебе известно. Эля сделала большой глоток, поперхнулась, подобрала ноги, потом выпрямила их — журналы посыпались на землю. Откашлявшись, выдавила: — Тебе бы цыганкой работать. Большие деньги заколачивал бы. И она стала рассказывать, что было дальше. Вербовщик продиктовал ей номер телефона, по которому она должна звонить. Уточнил, какой аппарат у нее дома. «Самый обычный, — удивилась она. — С диском». На это вербовщик (который так и не назвал ни организацию, которую представляет, ни своего имени-отчества, предложив вместо этого величать его Опекуном) сказал, что этим аппаратом ей и надлежит пользоваться: «Мобильником ни в коем случае, уязвимая штучка, распотрошить можно запросто, всю инфу скачать. А ни нам, ни вам, Эля, как вы понимаете, это не нужно». Наконец, в завершение инструктажа, Опекун посоветовал девушке не пытаться их обмануть, потому что если от этого кому и будет плохо, то по-настоящему и в первую очередь ей самой. |