Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 14 – Дада Смехова

Шенли, видимо, решил пойти ва банк. В попытке просто выскользнуть из-под меня, он рванулся всем телом, подтягиваясь на руках за столбики изголовья и помогая себе ногами. И да… его хаотичные движения попали точно в цель. С разбегу, на чистом импульсе, он вошел в меня, кажется, наполовину. Единственное, что остановило этот порыв — моя рука, которой я всё еще его придерживала.

Его резкий, громкий вдох столкнулся с моим удивленным: Ой…

Я едва успела закусить губу, чтобы не улыбнутся. Боже, это было….неправильно, безумно, но до дрожи в коленях приятно.

На мгновение повисла оглушительная тишина. Я буквально зависла над ним, медленно отпустив его достоинство (ну не могу я назвать обычным словом «член», это имперское достояние!) и опершись уже двумя руками о его широкую грудь. Кожа под моими ладонями была горячей, а сердце Шенли колотилось так, будто он только что пробежал марафон по пересеченной местности.

Шенли выглядел так, будто находился в эпицентре ядерного взрыва. Его глаза сузились, а челюсть была сжата так, что, казалось, зубы вот-вот треснут.

Мы уставились друг на друга как будто видели друг друга впервые.

— Ты… — выдохнул он, и в этом коротком слове было столько всего, что у меня по спине пробежал табун мурашек.

Я видела по его глазам, как понимание постепенно загружается в его голову, он раздраженно дернулся и вошел еще чуть глубже, и его глаза расширились.

Тишина тут же сменилась зловещим треском дерева. Кажется он не собирался сдаваться.

Он резко сел, одним рывком преодолевая сопротивление лент и наконец освобождая руки. Его ладони мертвой хваткой вцепились в мои бедра — так, что, кажется, там завтра будут красоваться идеальные отпечатки пальцев его высочества.

Он делал всё удивительно неправильно для своего освобождения, но абсолютно идеально для меня.

Этим резким движением он не просто не сбросил меня, а еще сильнее насадил на себя, буквально выбивая из моих легких остатки воздуха сумасшедшим толчком.

— Прекрати… не-ет… — его хриплый приказ на полуслове перетек в совершенно иное ощущение.

Кажется он тоже это чувствовал. Его судорожный вздох, это отчаянное «нет», которое против его воли превращалось в низкий, вибрирующий полустон… Скольжение, пугающее наполнение, захлестнувшая волна жара. Но для меня эти яркие ощущения слишком быстро сменились совсем другими.

Стало больно. Очень больно.

Секундное наслаждение буквально выжгло резкой, режущей болью. Да, я знала, что в первый раз это бывает… неприятно. Но то, что происходило сейчас, не шло ни в какое сравнение с моим предыдущим опытом. Казалось, меня режут изнутри тупым ножом. Это жжение было невыносимым, и единственное, чего мне хотелось в эту секунду — это срочно, немедленно избавиться от этого чувства!

— Блин… — прошипела я сквозь слезы, которые непроизвольно брызнули из глаз.

Я попыталась дернуться, слезть с него, прекратить эту пытку, но Шенли мертвой хваткой вцепился в мои бедра. От этой неожиданной боли у меня внутри всё судорожно сжалось, перекрывая дыхание.

Шенли рвано, со свистом выдохнул и… замер. Он мгновенно превратился в ледяную статую. Казалось, он даже перестал дышать, осознавая, что произошло.

Я отчаянно качнулась, пытаясь хоть как-то сменить угол, надеясь, что так станет легче, но стало только хуже. Каждое мимолетное движение отдавалось новой вспышкой боли, заставляя меня буквально прирасти к нему, боясь пошевелиться.