Онлайн книга «Опалённая жизнь»
|
И самое тупое — я ведь знаю, что это нормальное тело. Я просто не могу к нему привыкнуть. Я не могу его полюбить. Лили хлопает в ладоши. — Все встали! Музыка снова становится громче, и зал оживает, когда все понимают, что мы переходим к тренировке шагов. Лили ведет тренировку уверенно, красиво, будто она сама часть ритма и латиноамериканского мотива. Я завидую ей. Не телу, не пластике, а уверенности. У нее она в костях. Я повторяю движения, стараюсь не смотреть в зеркало слишком часто. Но зеркало все равно смотрит на меня. И каждый раз, когда я вижу свое отражение, ловлю себя на том, что автоматически втягиваю живот. Как будто это может вернуть мне прошлую версию себя. Смешно. Потому что прошлой версии меня больше нет. Есть новая, и мне просто необходимо ее полюбить. Лили ловит мой взгляд в зеркале и показывает большой палец вверх, хотя я совсем не попадаю в ритм. Мне приходится изо всех сил сосредоточиться на движениях. Плечи. Бедра. Руки. Дыхание. Неожиданно в мыслях всплывает глубокий, слегка грубоватый голос Гарри: «Сонная и красивая». И вдруг, всего на секунду, я чувствую себя… действительно увереннее и чуть красивее, чем в отражении зеркала. И это ощущение работает лучше, чем любой фильтр «вдохновение». Глава 7. Гарри Я задыхаюсь и распахиваю глаза, встречаясь взглядами с темнотой. Обычно мягкий писк пейджера звучит, как сирена, пока разум, вырвавшийся из вязкого кошмара, пытается вернуться к реальности. Сердце колотится так сильно, что распирает грудь, а боль, которую я на самом деле не ощущаю, но думаю, что она есть, стягивает спину стальными прутьями. Вытирая испарину со лба, нащупываю устройство на прикроватной тумбе и щурюсь в тусклый свет экрана. MVA w/ Entrapment Highway 12 — Mile Marker 47 Priority 11[1] Черт. ДТП с зажатыми внутри. Я резко сажусь, адреналин разрывает остатки сна. В голове мгновенно выстраивается картинка: перевернутый автомобиль, металл, сжатый как бумага, запах бензина, крики или — хуже — тишина. Я повторяю себе, что сегодня не моя смена, но уже родное чувство беспомощности сковывает мое тело, призывая что-то с этим сделать. Доказать, что на самом деле Гаррисон Эшфорд не бесполезен. Я сажусь, опускаю ноги на гладкий деревянный пол, охлаждающий мои ступни, которые горят, словно я пробежался по углям. Меган и Фокс сопят за моей спиной на другой половине кровати, даже не замечая мой очередной приступ чего-то, что явно не является нормой. Ведь навряд ли можно называть нормальным то, что почти каждую ночь мое тело горит, а я отчетливо ощущаю едкий запах горящей плоти. Моей плоти. Я закрываю глаза. Вдох. Выдох. Это не по-настоящему. Тело помнит то, что разум пытается отодвинуть подальше. Я провожу ладонью по груди, будто проверяю, на месте ли кожа. Шрам под ключицей тянет. Фантомно, едва уловимо, но достаточно, чтобы мозг снова подбросил картину, пропитанную треском, жаром, который не просто греет — он, как голодный зверь, сжирает до костей. — Ты в порядке, — шепчу себе в темноту. Пейджер все еще светится в руке, как маяк, зовущий меня присоединиться туда, где требуется помощь. MVA w/ Entrapment. Highway 12. Mile Marker 47. Я знаю этот участок дороги. Слепой поворот и узкая обочина. Весной там до последнего держится лед. |