Книга Опалённая жизнь, страница 132 – Мари Милас

критичнее. Я уверен, что через минуту позвонит Марк, но мне не нужен его приказ, чтобы

оценить обстановку и принять решение.

— Мне нужно ехать, — я перевожу взгляд на Лолу и передаю ей Лео, цепляющегося за

мою футболку. Мне приходится мягко убрать его пальцы, даже если при этом жесте внутри меня

что-то обрывается. — Пускай девочки останутся у тебя.

— Что случилось? — Лола отшатывается, когда я проношусь мимо нее к машине.

Возможно, мне нужно немного сбавить обороты. Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.

— Горит хозяйственная зона заповедника, но я думаю, что вся северная часть

заповедного ядра.

Лола поворачивает голову и смотрит туда же, куда и я пару минут назад. Дым

заволакивает все больше бледно-розового неба, готовящегося к закату. Могу поспорить, что на

одном из виднеющихся холмов я уже вижу всполохи пламени.

— Гарри, — лицо Лолы медленно теряет румянец, отражая лишь беспокойство. — Ты

только что сменился. Ты даже не отдохнул после ночи дежурства. — По ее глазам вижу, что она

прекрасно понимает, почему я должен поехать. Но понимать и чувствовать — разные вещи.

Я делаю шаг назад, удерживая ее взгляд.

— Я не могу сидеть в этом дворе, видеть, как небо заволакивает дымом, и делать

вид, что это ко мне не относится.

— Я понимаю, — она проводит рукой по лицу, будто не хочет произносить следующие

слова. — Просто… это огромный пожар, Гарри.

Я замираю и смотрю на нее не моргая.

— Что ты имеешь в виду?

В моем кармане звонит телефон. Уверен, это Марк, но я не беру трубку и продолжаю

смотреть на женщину передо мной. На женщину, которая за последние месяцы позволила мне

поверить, что я всесилен. На женщину, которая теперь… сомневается во мне?

— Что ты имеешь в виду, говоря, что это «огромный пожар»?

Пульс на шее Лолы бьется так сильно, что я вижу это даже с расстояния, словно он

пытается вырваться наружу вместе со словами, которые она боится произнести. Она прижимает

Лео ближе к груди, как будто он может стать буфером между нами, и на секунду опускает

взгляд, но потом все же поднимает его прямо на меня.

— Я хочу сказать, что ты бросишься в этот огонь без раздумий и… — она делает

вдох, чтобы продолжить.

— Не стоит, — резко обрываю ее я. — Не заканчивай.

Я и так знаю, что она имеет в виду. Тот чертов день, который до сих пор иногда

проигрывается во мне среди ночи, сжимая легкие так, будто я снова там. Снова сгораю и не

могу вырваться.

Я медленно выдыхаю, стараясь не дать этому воспоминанию зацепиться за меня

сильнее, чем нужно.

— Нет, послушай… — Лола делает шаг и протягивает руку, будто хочет схватить меня

и никуда не отпускать. Я вижу в ее глазах лишь страх и сомнения. Это ломает меня сильнее,

чем собственная неуверенность, родившаяся после комы.

— Остановись, — резко говорю я, не в силах больше выдерживать этот взгляд. —

Просто остановись, Шарлотта.

Она замирает, ее рука повисает между нами.

— Я нужен своей команде и обсуждать сейчас, что…

— Ты нужен мне! — отчаянно говорит она, прижимая к себе испуганного Лео. —

Пускай я буду законченной эгоисткой. Но впервые в жизни я хочу быть ей и желать чего-то

настолько сильно вопреки убеждениям и тому, что «правильно». Мне каждый раз страшно

отпускать тебя на работу, потому что может случиться что угодно. Но с этим возможно