Книга Его воровка. Я украду твою любовь, страница 35 – Евсения Медведева

— Эдуард Сергеевич, очевидно, переживает не самый простой период жизни, раз решил покрыть убытки за счет смерти бывшего друга? — Лютаев хохотнул, смело смотря на Петухова, будто вызов ему бросал.

— Не могу сказать, что мне приятно, — вежливо улыбнулась Юля и почему-то обернулась ко мне, будто извинялась за всю эту ситуацию. Наивная девчонка… Это ей стыдно?

— Никита! Не думаешь, что это не самое подходящее место для выяснения отношений? — Лютаев старший вспыхнул и стал дергать ногой. Тело требовало сбежать, но разум напоминал, кто здесь настоящий хозяин.

И, видимо, это был Эдуард.

— А у нас с Петуховым нет отношений. А у вас? — Никита взмахнул бокалом и сделал жадный глоток. — Я просто к чему… Эдуард Сергеевич, до этого дня я не влезал в это дело, считая, что отец и сам может решить вопрос со своими компаньонами, но, очевидно, вмешаться все же придется. Официально уведомляю вас, что завтра текущий адвокат получит отвод, а новому нужно три дня, чтобы разобрать то, что вы разыгрывали два года.

И тут повисла тяжелая тишина. Никто не издал ни звука, внимательно отслеживая реакцию компании. Лютаев пошатнулся, Конопко опустил голову, и лишь Петухов улыбался. Но только я знала, что означает эта улыбка… Это объявление войны.

— Никита, можно тебя на пару слов? — Лютаев старший махнул рукой, а Никита подорвался, словно только этого и ждал.

— Ваха, будь добр, последи за дамами! — первым поднялся Князев, за ним Савин, а в следующий момент за нашими спинами вырос громила, его бандитскую наружность не мог скрасить даже идеально сшитый костюм. Я машинально схватилась за столовый нож, но Савин наклонился ко мне.

— Киса, ты отлично держалась. Сиди тихо, я вернусь…

— Повезло же тебе со свёкром. Прям душка, — я быстро пересела к Юле, прячась за здоровяком от любопытных взглядов. — И часто вы посещаете столь приятные мероприятия?

— Слава Богу, что нет, — Юлька крутила головой, пытаясь понять, куда исчезли мужчины.

Я осушила бокал залпом, внезапно ощутив уголёк, что распалялся на моём затылке. Машинально обернулась, натыкаясь на взгляд Петухова.

Он стоял каменным изваянием в густом облаке белого тюля. Коротко кивнул, указывая на полупустую террасу.

— Юль, я на минутку, — шепнула и медленно поднялась.

Прятаться было бессмысленно… Прошла вдоль столиков, свернула за живую изгородь, заходя на террасу с улицы.

Петухов стоял у широкой лестницы, подпирая каменную колонну, и цедил свою гребаную трубку, распространяя облака кислого дыма.

— Привет, Киса, — прохрипел он, медленно поднимая на меня глаза. — Что с телефоном?

— Забыла включить, — я пожала плечами, преодолевая последние ступени. И как только туфелька ступила на последнюю, Эдик вскинул руку, схватил меня за шею, буквально вталкивая в густоту живой изгороди.

Мягкие иголки елозили по коже, путались в волосах, но ему было все равно. Он вдавливал и вдавливал, делая нас незаметными для посторонних взглядов.

— Что с документами? — его пальцы вновь впились в шею, отчаянно шаря в поисках венки, что отбивала пульс.

Это был своего рода индикатор моей лжи. Он так делал всегда!

— Нет их в доме, — цедила через силу, пытаясь взять себя в руки. Если проколюсь — не доживу до утра.

— А ты шустрая. Не перестаю удивляться… Женщина-загадка. Не успел я даже расстроиться из-за твоего провала, как мне докладывают, что Киса моя уже обедает в компании Савина. Цветочки принимает, улыбается, глазки строит. И как тебе, Кристина, удаётся очаровать любого мужика?