Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 38 – Анна Варшевская

— Вспомни, — говорю вслух, заставляя себя вернуться туда. — Вспомни.

И вздрагиваю, услышав резкий звонок в квартиру.

— Какого чёрта… — испуганно подскакиваю, сердце колотится.

Звонок повторяется. Я тихонько, словно меня можно услышать снаружи, подхожу к входной двери, заглядываю в глазок… и, отпрянув, прижимаюсь спиной к противоположной стене.

— Лара, я знаю, ты дома. Открой мне, пожалуйста, — раздаётся приглушённый голос бывшего мужа.

— Лара? Лар, пожалуйста, — повторяет Костя спустя полминуты, потому что я не двигаюсь с места.

Заставляю себя отлипнуть от стены, снова подхожу поближе к двери.

— Зачем ты пришёл? — повышаю голос, не касаясь замка.

— А сама-то как думаешь?! — чуть язвительное и одновременно невероятно усталое. — Лар, ну я же просил тебя! Не делай вид, что ничего не происходит! Пожалуйста, давай поговорим!

— Вас, Константин Альбертович, только впусти в свою жизнь, — ворчу, стараясь, чтобы это звучало сердито, хотя получается с трудом. — Вы же по принципу захватчика территории действуете! Дайте закурить, а то так выпить хочется, что переночевать негде!

И всё-таки, обречённо вздохнув, цепляю замок непослушными пальцами.

Когда открываю, на меня вдруг накатывает такое мощное чувство дежавю, что колени подкашиваются.

Костя стоит, прислонившись плечом к дверному косяку, чуть наклонив голову, и улыбается уголком губ, глядя на меня.

Так, как он всегда ждал, пока я к нему выйду, когда звал меня гулять.

А самое ужасное — я сама на несколько секунд чувствую себя той самой двадцатилетней девчонкой.

Приходится сосредоточиться, чтобы напомнить себе: я заведующая родильным отделением, меня уже много лет зовут исключительно по имени-отчеству, да и он — уже давно не мой Костя, а Константин Альбертович, мой руководитель.

— Можно? — мужчина изгибает бровь, делая шаг вперёд, но не переступая порог.

— Что, если я скажу «нет», ты не зайдёшь? — хмыкнув, качаю головой. — Проходи. Хочешь… чаю?

— Выпью с удовольствием, — Костя кивает, скидывает ботинки, оглядывается по сторонам. — Только я бы предпочёл знать, что ты что-то поела, Лар. У тебя как с едой дома?

— Э-э-э… ну-у, — судорожно пытаюсь вспомнить, есть ли что-то в холодильнике, но бесполезно — память ничего не подкидывает.

— Ясно, — бывший муж закатывает глаза. — Значит, я правильно доставку заказал. Минут через пятнадцать будет, — кидает взгляд на экран мобильного с открытым приложением.

— А ты не слишком раскомандовался? — прищуриваюсь на него.

— Лар, всем надо есть, — мягко качает головой Костя, глядя на меня. — Ты не исключение. Но если не захочешь — не будешь. Я же не собираюсь тебя заставлять.

— Ещё бы ты заставлял меня что-то делать в моей же собственной квартире, — ворчу, чем дальше, тем больше чувствуя неловкость и не зная, куда девать глаза. — Пойду… чайник поставлю.

Он правда, вроде бы, только недавно закипел… Но всё равно.

Даже тот факт, что я буквально перед его приходом сознательно возвращалась мыслями в наше прошлое, ничего не поменял для меня. Интересно, почему я не встаю в позу и не заявляю, чтобы Тейхман проваливал и не появлялся на моём пороге? Почему мне даже мысль такая в голову не пришла?

Наверное, это потому, что у меня нет ненависти к бывшему мужу, думаю рассеянно, глядя, как вода в стеклянной колбе снова начинает бурлить. Никогда не было.