Книга Кофе, кот и Воронцов, страница 110 – Лиля Брук

Данила заметил мою улыбку. На мгновение его взгляд стал мягче, теплее, почти как раньше. Я видела, как на его лице промелькнуло что-то тёплое и настоящее, но он быстро отвернулся и направился к автобусу, чтобы помочь остальным с погрузкой. Его руки, сильные и надёжные, легко справлялись с тяжёлыми ящиками, и я поймала себя на мысли, что наблюдаю за ним дольше, чем следовало бы.

Я вообще не ожидала, что он будет сегодня здесь. Когда Вяземский сказал, что мы берём дополнительную рабочую силу для тренировочного выезда, я подумала, что речь идёт о студентах-волонтёрах или, может быть, о ком-то из младших сотрудников. Но когда я увидела Данилу на парковке, перекидывающего ящики с оборудованием, как будто они ничего не весили, у меня внутри что-то ёкнуло. Он был здесь. Он будет с нами весь день. На всём этом выезде.

— Ты чего застыла? - раздался за спиной голос Ольги. Она стояла со стаканчиком кофе в руках и наблюдала за моим замешательством с той особенной улыбкой.

— Ничего, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Ага, конечно, - усмехнулась она. - Я видела, как ты на него смотрела. У тебя было лицо человека, который пытается решить уравнение с тремя неизвестными.

— Я просто удивилась, что он здесь.

— Вяземский его пригласил. Сказал, что нужны крепкие руки. Ну, ты знаешь, парни, которые умеют таскать тяжести и не задавать лишних вопросов. Похоже, Воронцов идеально подходит под описание. Плюс, - она многозначительно подняла палец, - он опытный турист. Умеет ставить палатки, ориентироваться на местности и не паниковать, когда что-то идёт не по плану. Для экспедиции это бесценно.

— А ты откуда знаешь?

— Секретари всё знают, - ответила она с загадочным видом. - Это наша суперсила. Мы читаем не только документы, но и людей.

* * *

Через двадцать минут выяснилось, что мы забыли Максима.

Не коробку с оборудованием. Не штативы. Не контейнер с образцами. Не ящик с кабелями, который Максим обычно забывал сам.

А Максима.

Целиком.

Автобус уже бодро вырулил со стоянки университета, весело перевалился через пару кварталов и теперь катил себе к выезду из города, даже не подозревая, что стал участником криминальной драмы. За окнами лениво проплывали серые дома, редкие прохожие, которые куда-то точно знали куда шли, и первые зелёные деревья, ещё не решившие, стоит ли доверять этому году.

Я листала маршрут, Данила с Захаром Ильичом спорили о наконечнике - местный или привозной, - Ольга яростно что то печатала, а Вяземский молча пил чай и, кажется, был счастлив.

Всё было настолько спокойно, что даже мухи в автобусе заскучали.

И поэтому первой насторожилась Ольга. Она оторвалась от ноутбука, обвела взглядом салон, задержалась на пустом кресле, потом на втором, потом на третьем и тихо, с затаённой надеждой на ошибку, спросила:

— А где Максим?

Тишина.

Все замерли. Даже Вяземский перестал глотать. Пустое кресло смотрело на нас с укором. Второе кресло поддакивало.

— Он... - неуверенно начал Данила. - Был. Я точно помню. Он даже шутил.

— Анекдот про археолога?

— И лопату.

— Значит, был, - авторитетно заключил Захар Ильич.

Все снова уставились на пустое место.

Я медленно закрыла папку.

— Подождите...

Автобус притих.

— Мы...

Я перевела взгляд на Вяземского, который сохранял ледяное спокойствие, будто так и надо.