Книга Хозяин пустыни, страница 52 – Слава Доронина

— Нет, — упрямо заявляю я. — Силой и дурак может взять. А ты попробуй, чтобы… Чтобы я сама захотела и отдалась тебе, — бросаю ему вызов. — Невозможно ничего добиться силой, если только моей ненависти. Но согласись: две ненавидящие тебя жены — перебор.

Аж горжусь собой, когда проявляю характер. Но этот араб, в каких бы унизительных условиях я ни оказалась, должен понимать, что лаской и терпением добьется от меня куда больше, чем своей напористой силой и мужланством.

— Хорошо, Валерия, — как-то не по-доброму улыбается он. — Хорошо, — приговаривает, лизнув мою нижнюю губу.

А в следующее мгновение рвет на мне тунику, и я оказываюсь перед ним нагишом.

Жду, что сейчас закинет меня на плечо, несмотря даже на свое ранение, и теперь точно оттрахает. Но вдруг отступает на шаг.

Медленно обводит взглядом мое тело. Начинает с лица. Спускается к шее, к ключицам, задерживается на груди, на сосках, которые стоят острыми пиками. По животу, к бедрам.

— Повернись, — говорит напряженно.

Я могла бы отказаться. Могла бы сказать очередное «нет». Как делала уже не раз.

Но я поворачиваюсь. Итог все равно один. Пора уже смириться.

И оказывается, стоять к нему задницей — это еще одна точка уязвимости.

Чувствую его дыхание на затылке. Его пальцы касаются моей поясницы. Ведут вверх, по позвонкам, до лопаток.

— Руки на стену, — командует он.

Я упираюсь ладонями в ткань шатра. И Ясин тут же прижимается сзади. Его член, твердый, горячий, обжигает кожу.

Он наклоняется. Губами проводит по моему плечу, по шее. Прикусывает мочку уха. Ощущения приятные, до искр перед глазами.

— Даже кричать не будешь? Умолять, чтобы прекратил? Плакать? — шепчет он. — Я ждал сопротивления.

— Не буду. Ты все равно меня не отпустишь, — отвечаю я спокойно. Слишком спокойно для того, что происходит у меня внутри. — Буду экономить силы. Чтобы потом все равно от тебя сбежать, — все же просачивается капля яда.

На самом деле я никуда не сбегу. Потому что без понятия, кому вообще в этой пустыне можно доверять. Наверное, только этому похотливому арабу.

Ясин скользит по моему животу ладонью, опускается ниже. Пальцы касаются там, где уже мокро, раздвигают складки, исследуют. Это просто физиология, — успокаиваю себя. Которая после нашего полового акта сойдет на нет. Никогда ему это не прощу!

— Сбежишь, — повторяет он. — Обязательно. Но не сегодня.

Его палец проникает внутрь. Я закусываю губу, чтобы не застонать. Он двигается медленно, дразняще, изучая каждый сантиметр. Второй рукой держит меня за бедро, не давая отстраниться.

Я закрываю глаза. Внутри — каша из гнева, стыда, желания. Ненависть.

— Открой глаза, — требует он.

Без понятия, как видит, наверное, чувствует.

— Валерия, — нажимает на клитор, делает несколько круговых движений и снова погружает пальцы в меня. Уже два.

Открываю глаза. В тканевой стене шатра нет зеркал. Но я вижу нашу тень. Он возвышается надо мной, как темный хищник. А я маленькая, дрожащая, зажата между ним и стеной.

Все, что между нами происходит, очень горячо. Но и еще унизительно. Особенно тем, что я, кажется, хочу его вопреки здравому смыслу и логике. Или нет. Я себе это придумала. Это просто воздух между нами такой плотный, что трудно дышать. Он наверняка перетрахал столько женщин и явно вывел какую-то универсальную формулу, как сделать ей приятно.