Книга (не) Развод под Новый год. Загадаю счастье, страница 66 – Лера Корсика

— Мам, а мы сегодня куда? — сонно пробормотал он.

Я приоткрыла один глаз. За окном было серое, зимнее утро. Часы показывали начало девятого. Я проспала! Организм просто вырубился после вчерашнего марафона ужаса.

— Ой, сынок, — я села на диване, растирая лицо. — У нас сегодня важный день. Надо будет поехать... в одно место.

— Опять к тете Лене? — насторожился он. — Нет-нет, — я быстро обняла его. — К дяде, который поможет нам с папой... разобраться. Ты побудешь с тетей Ирой, хорошо?

С кухни уже доносился запах кофе и жареных гренок. Ира, как всегда, была на высоте.

— Подъем, фронт! — раздался ее бодрый голос. — Завтрак готов, кофе стынет, а у нас по плану — покорение правоохранительной системы!

Я улыбнулась и потащила Степу умываться.

Через полчаса мы втроем сидели на кухне. Степа уплетал гренки с вареньем, а Ира, уже при полном параде — с идеальной укладкой, несмотря на ранний час — допивала кофе.

— Ты чего вырядилась? — спросила я, жуя гренку. — А вдруг он к нам домой завалится? Я тоже ценный свидетель! И готова давать ему показания и давать! — она рассмеялась и мне подмигнула. — Я должна быть во всеоружии. А ты, кстати, тоже приведи себя в порядок. На тебя тоже смотрели, между прочим.

— Ир, прекрати, — отмахнулась я, но где-то внутри кольнуло любопытство. — Мне не до того.

— Ладно-ладно, — она встала и начала собираться. — Значит, так. Вы едете в отделение, а я со Степаном Сергеевичем тут культурную программу организую. У нас мультики и в планах испечь печенье. Все будет пучком.

Степа, сидевший до того насупившись, услышав про печенье, мгновенно переключил внимание с меня на Иру.

— А можно я сам буду печенье вырезать? — спросил он с надеждой. — Можно! — торжественно объявила Ира. — Ты будешь главный кондитер.

Я чмокнула сына в макушку, накинула пальто и вышла. В кармане завибрировал телефон — Вадим прислал адрес отдела и время: «Жду вас через час. Возьмите паспорт. И будьте готовы к долгому разговору».

Отдел находился в старом здании в центре. Когда я вошла внутрь, меня встретил запах казенщины, скрипучие полы и очередь из двух человек на лавочке. Я назвала фамилию, и дежурный, мельком глянув в журнал, махнул рукой: «Второй этаж, двадцать четвертый кабинет. Вас ждут».

Я поднялась по лестнице, затертой тысячами ног, нашла нужную дверь и постучала.

— Войдите, — раздался знакомый, низкий голос.

Я открыла дверь и замерла. За столом, заваленным бумагами, сидел он. Вадим. В форме, хоть и в повседневной. Но даже так, при погонах, при знаках отличия, он выглядел внушительно. И смотрел он на меня теми же спокойными, изучающими глазами, что и вчера. Только сейчас в них добавилось что-то еще. Легкое, едва уловимое одобрение? Или мне опять казалось?

— Екатерина? — он встал, кивнул на стул. — Проходите. Я вас ждал.

Я села напротив, стараясь не выдать внутреннего волнения. Кабинет был небольшим, но в его присутствии он казался... невообразимо тесным. Было почему-то неловко. Но в то же время… Я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время чувствую себя в безопасности. И от этого стало немного не по себе.

Я села на указанный стул, положив сумку на колени. Вадим опустился обратно за стол, и на несколько секунд в кабинете повисла тишина — он просто смотрел на меня, будто изучал, оценивал. Потом открыл папку с делом и начал.