Книга (не) Развод под Новый год. Загадаю счастье, страница 1 – Лера Корсика

История о том, что счастье не ценится, когда его много,

но потеряв его, такие “богатенькие” плачут…

Отвезла сына на тренировку и у меня было полтора часа, чтобы успеть съездить в квартиру и забрать студенческие альбомы. Идея со слайд-шоу на сегодняшнем празднике всё ещё казалась мне удачной.

Сегодня был канун Нового года, и я пригласила полный дом гостей. В том числе несколько наших с мужем бывших одногруппников. Хотелось перед ними покрасоваться, что уж греха таить!

Подъехала к нашему старому дому. На автомате, выходя из машины, подняла глаза на окна нашей квартиры на девятом этаже. И замерла.

В окне гостиной горел свет.

Меня кольнула лёгкая, но чёткая нестыковка. Я нахмурилась.

Вроде бы в прошлый раз, когда заезжала снимать показания, я свет не оставляла. Я это точно помнила, потому что тогда вышла уже в сумерках и подумала, как быстро темнеет.

А Сергей... Муж всю прошлую неделю был в командировке. Он должен был вернуться только сегодня вечером и ехать прямо домой, к гостям. У него даже ключей от этой квартиры с собой быть не должно — он их давно не брал, говорил, не нужны.

Логика пыталась найти объяснение. Может, я всё-таки ошиблась? Может, свет горел у соседей, а мне показалось? Или управляющая компания что-то проверяла?

Мысль о муже здесь и сейчас, казалась нелепой. У него и так дел невпроворот, зачем ему тащиться в пустую квартиру?

Я стояла на холодном ветру, глядя на этот обманчиво-домашний огонёк, и чувствовала, как по спине пробегают мурашки — не от мороза, а от смутного, необъяснимого предчувствия.

То самое, которое обычно игнорируешь, а потом кусаешь локти.

— Бред, — сказала я вслух, как бы отгоняя глупые мысли. — Наверное, я всё перепутала. Просто устала.

Пожимая плечами, будто сбрасывая с себя этот внезапный холодок, я решительно направилась к подъезду. Пальцы сами нашли в сумочке ключ-карту от домофона.

Я совершенно спокойно открыла дверь собственными ключами. И тут же я замерла в ступоре.

На пороге, прямо на паркете, который я когда-то выбирала скрупулезно и в тон, чтобы он "тепло смотрелся", стояла чужая обувь.

Женские сапоги. Длинные, из мягчайшей кожи, на тонкой шпильке. Дорогие. Я узнала модель — мы с Иринкой как-то смотрели их в бутике и смеялись, что это обувь для того, чтобы только из лимузина в ресторан выходить. Стояли они небрежно, как будто их сбросили в спешке или… в предвкушении.

И запах. Он ударил в нос сразу, едкий и сладковатый. Мерзкий, навязчивый запах «Молекулы» — тех самых духов, от которых у меня была аллергия, слезились глаза и першило в горле.

Сергей знал. Он же сам говорил: «Катя, не покупай эту химию, тебе же плохо».

Я не понимала. Что, черт возьми, происходит?

Словно завороженная, я сделала шаг внутрь, потом другой. Раздеваться и разуваться не стала.

Мой взгляд скользнул дальше и упал на подлокотник дивана в гостиной. На нём, небрежно брошенная, лежала шубка. Короткая, норковая, дорогая.

Чужая.

Яркое, наглое пятно на моём бежевом диване.

А дальше... дальше было как в дурном сне, где каждая деталь впивалась в мозг с леденящей ясностью. На моём диване — чужая сумка, маленькая, брендовая. И дальше, по всему залу, как следы чудовищного торжества, валялись вещи. Шёлковое платье, смятое и брошенное на пол. Чулки, один на спинке кресла, второй — у камина. А там, на входе в спальню, валялось кружевное белье. Черное. Крошечное.