Книга Наложница Девятихвостого лиса, страница 17 – Ирен Эшли

Ханьфу. Черное словно оникс. С серебряной вышивкой в виде птиц на широких рукавах, и в виде ликорисов — на юбке. С широким поясом, украшенным лентами и цепочками.

Черное в царстве носить запрещали.

Черный — цвет демонов…

— Я хочу, чтобы ты надела, — мрачно процедил Цзинсун, не сводя с демонического ханьфу взгляд.

Я поперхнулась, отступила, пораженно перепросила:

— Что? Надела? Я?

— Приведи себя в порядок и надень ханьфу. Служанки помогут. Я всё объясню потом.

Светлый молча вышел, задвинул дверь купальни. Я осталась одна, недобрым взглядом покосилась на ханьфу, вздрогнула и, стараясь не думать, что придется его надевать, двинулась к купели. Недолго повозившись с многочисленными поясами — ненавистное платье кисэн наконец-то рухнуло на пол. Я вздохнула полной грудью, наслаждаясь долгожданной свободой.

Вода была теплой. Я опустилась в купель и сразу вынырнула, запрокидывая голову и убирая лишнюю воду с волос. Кожа покрылась мурашками от блаженства. Взяв кусок мыла, я принялась тщательно оттирать дорожную грязь, пыль, остатки сажи. Хотелось пищать от удовольствия!

Когда я закончила с водными процедурами, затаилась в воде как рыбка, неодобрительно поглядывая на черное ханьфу. И чем дольше я на него смотрела, тем быстрее ко мне подбиралась тревога.

Ханьфу весело на специальной подставке, угрожающее и такое… чужое. Опасное. Словно живое…

Обнаженной я ступила на теплый мрамор. Медленно подошла к демоническому платью. Капли воды стекали по телу, повторяли изгибы и капали на пол, нарушая густую тишину. Я дышала глубоко, равномерно, рассматривая черную, сияющую ткань, как живого, притаившегося врага. Иногда мне казалось, что вижу черную дымку, вздымающуюся от ткани и исчезающую в теплом паре воды.

Я протянула руку — пальцы застыли в миллиметрах, похолодели. Мне не хватало смелости прикоснуться к вещи из Проклятого тумана.

Какая демоница его носила? И что с ней стало?..

Сглотнув волнение, я зажмурилась и схватила край рукава. Ткань оказалась мягкой, эластичной, по структуре напоминала атлас. С осторожностью мотылька, провела рукой по всей длине рукава, погладила серебристый воротник.

Нервно втянула воздух, задержала в груди и размеренно выдохнула.

Подошла ближе, подушечками пальцев перебрала складки юбки. Вроде совсем нестрашно, но как же тревожно!..

Я осторожно, с искренним уважением к предыдущей хозяйке, сняла ханьфу, аккуратно надела на себя, дрожащими руками завязала пояс. Застыла на мгновение, а после резко обернулась к круглому зеркалу.

Вздрогнула.

— Девять Небес… — прошептала я, подошла ближе, еле переставляя ноги.

Платье «село» идеально. Было легким, удобным.

И в этом ханьфу, с распущенными темными волосами я сама себе напоминала исчадье из-за Проклятого Тумана. Цвета слоновой кости кожа, рубиновый — на губах, черный сапфир — в глазах.

Качая отрицательно головой, невольно прикоснулась руками к отражению.

— Госпожа! О-о… — резко отодвинула дверь служанка, заглянула и пораженно застыла.

Я обернулась.

Та поникла, виновато улыбнулась, процедила:

— Хотели помочь вам, но… вы прекрасно справились с нарядом сами. Я… Я позову господина Цзинсуна!

Девушка исчезла, а я снова повернулась к отражению. Приложила ладонь к сердцу. И пусть мне было страшно, но сердце билось медленно, звучно пропуская каждое биение.