Книга Измена. Я не буду с тобой, страница 11 – Нионилла Ржевская, Ева Соколовская

— Счета? Накопления?

— Общий счет для ипотечных взносов и личные карты. У него там около двухсот тысяч, у меня примерно столько же.

Она кивает, не отрываясь от записей.

— Если мы заходим с доказанной изменой и видеофиксацией, можно попробовать отыграть большую долю. Суды сейчас неохотно, но принимают во внимание аморальное поведение, если оно привело к фактическому разрушению семьи и нецелевым тратам общего бюджета на любовницу. Рестораны, отели, подарки — это все наши козыри.

Ольга Николаевна впервые за встречу слегка улыбается. Улыбка у нее хищная, адвокатская.

— Нам нужна тишина. Если он сейчас поймет, что вы на тропе войны, он начнет прятать концы.

— Он летит в Турцию сегодня в четыре, — говорю я, глядя на часы. — Мы должны были лететь вместе, но разными рейсами.

— Не летите, — отрезает она. — Скажите, что заболели. Резко. Желудок, почки, давление, неважно. Что-то, что требует обследования прямо сейчас.

— А если он захочет вернуться? — сомневаюсь я. — Если скажет, что без меня не поедет?

Адвокат смотрит на меня с легкой, почти жалостливой усмешкой.

— Марта, не обольщайтесь. Он расстроится, поохает, но не вернется. У него оплачен отель, билеты, у него там отпуск. Мужчина, который завел интрижку на стороне, не откажется от моря ради больной жены. Ему это даже на руку — лишнее время на свободе.

Я киваю.

Адвокат права. Он не примчится. Он будет звонить, писать, может быть, даже переживать, но останется и это даст мне время.

— Куда вы поедете? — спрашивает адвокат.

— Я подумала про санаторий, — говорю я. — “Сосновый бор”. Там глухо, связь плохая. Скажу, что лежу на обследовании, что врач запретил много разговаривать. Он не будет проверять.

— Хорошее место, — кивает она. — Две недели самое то.

Ольга достает из стопки бумаг чистый лист, пишет на нем несколько строк.

— Вот что нужно сделать, пока он в Турции. Проверяйте его соцсети, если он что-то выкладывает. Следите за ней, возможно, она заведет новую страницу или решит, что теперь можно не прятаться. Скриньте все. Сохраняйте все сообщения от него. И главное не давайте ему повода заподозрить. Улыбайтесь в голосе. Спрашивайте, как у него дела, как море, как загар. Пусть думает, что вы скучаете и ждете.

— А если он захочет приехать ко мне? Если скажет, что бросает все и летит?

— Не бросит, — говорит она уверенно. — Но на всякий случай скажите, что врачи запретили любые контакты до окончания обследования. Что вы в боксе, к вам не пускают. Это даст вам еще несколько дней спокойствия.

— А что с квартирой? — спрашиваю я. — Что мне делать, чтобы он не смог ее забрать?

— Ничего, — отвечает она. — Пока вы в браке, он не может ее продать без вашего согласия. Но после развода, если мы не докажем его вину, придется делить. Поэтому наша задача собрать достаточно доказательств, чтобы суд встал на вашу сторону.

Выхожу от адвоката в начале первого.

Солнце светит в лицо, ярко, по-весеннему. Щурюсь, поднимаю воротник куртки, ветер все еще холодный. Сажусь в машину, сжимаю руль. Пальцы дрожат от злости.

Достаю вибрирующий телефон.

Стас:

— Март, я в аэропорту. Регистрацию прошел. Ты когда вылетаешь? Скорей бы уже обнять тебя

Пишу:

— Милый, все по плану, скоро буду выезжать!

Выезжаю со стоянки. Мне не в аэропорт, мне в санаторий. В лес. В тишину.