Книга Кровь утопающих, страница 63 – Кейли Кэссиди

— Главное, что оно подошло. – (Мы достигли последней ступеньки и повернули, чтобы пройти вглубь первого этажа дворца.) – Ты что, умрешь, если разочек сделаешь мне комплимент? Нам сейчас друг от друга никуда не деться, и эта чертова связь никак не уляжется, а я совсем одна. Вдали от дома…

— То место не было домом. Дом там, где безопасно.

— Дом там, где тебя ждут! – Тут я смутилась и покачала головой. – Я не говорю… что не хочу чувствовать себя здесь как дома. Очень хочу. Но иногда из-за тебя я кажусь себе ничтожной, словно комар под твоим сапогом. Меньшее, что ты мог бы сделать, – это сказать, как хорошо я выгляжу в этом треклятом платье!

Он нахмурился, во взгляде мелькнуло что-то, похожее на раскаяние.

— Просто… Я… я попадаю в один твой капкан за другим и пока не понимаю, как действовать.

— Один капкан за другим?

Его черты смягчились, полные губы почти сложились в улыбку… Жаль, что это выражение всегда так быстро исчезало.

— Да.

— Боги, даже твои извинения уничижительны, – сердито засмеялась я, бросаясь прочь от него в тень лестницы.

— Имоджен! – Топот его сапог эхом раздался позади меня. – Хочешь услышать комплимент? Ты ошеломляешь. Ты…

— Проклятье… – Я остановилась в темной нише, где, как призрак, стояла статуя великой богини Лигеи.

Она была освещена свечами, горящими у ее ног.

Ужас сотряс меня, когда я подошла ближе.

Ее волосы взметнулись от порыва ветра, и это движение было увековечено резцом мастера. Развевающееся одеяние открывало одну грудь и облегало бедра каменной фигуры. Крылья были широко расправлены за спиной. Она протягивала руку ладонью вверх, сгибая пальцы в повелении, будто манила тебя – или проклинала.

Мой взгляд был прикован к изгибу ее слегка округлого носа. К полным губам, впадинке острого подбородка. Я изучала ее глаза: маленькие, сосредоточенные, они словно пронзали небытие. Ее тело было стройным и крепким – мускулистые руки и ноги, гибкая талия, полные грудь и бедра…

На меня смотрело собственное лицо, только высеченное в камне.

Я чувствовала, как Теодор стоит позади меня, неподвижный, затаивший дыхание. Я сморгнула внезапно выступившие горячие слезы.

— Чтоб тебе провалиться…

Я сказала это Лигее. И Теодору. И Немею тоже. Я потянулась, чтобы коснуться ее холодных пальцев, и не смогла сдержать слез. Я всегда жаждала силы – права на жизнь, которую я выберу, и способа обеспечить себе безопасность. Но это… От внезапной навалившейся тяжести я едва могла дышать.

Теодор медленно вздохнул. Я быстро вытерла мокрые щеки, не желая, чтобы он увидел меня плачущей, но внутри все ломалось, разрывалось на части. Все, что я считала правдой, – мое происхождение, дом, хрупкая, глупая надежда на спокойную жизнь, – таяло и утекало сквозь пальцы.

Когда рука Теодора коснулась моей спины, когда его тепло оплело меня и кровная связь ярко вспыхнула, слез стало только больше.

— Ну не плачь, – мягко взмолился он, взяв меня за плечи и притягивая к себе. – Не сейчас.

— Я… – Я шмыгнула носом. – Она… похожа на меня.

— Знаю. – Он вытащил из кармана платок и вытер мои щеки. – Дыши глубже.

От звука его голоса, невыносимо обволакивающего, непостижимо ровного, мне хотелось кричать.

— Позже можешь реветь и ломать мои вещи, если тебе от этого станет легче. Но на совете в таком виде лучше не появляться.