Книга Поймай меня, воевода, если сможешь!, страница 14 – Люси Фер

Наш историк Михаил Илларионович частенько любил повторять, что «прекрасная дама должна быть у любого рыцаря, а рыцарь — у любой уважающей себя дамы». Не удивлюсь, если на стене преподавательской спальни висел его ростовой портрет в полном рыцарском обмундировании — так страстно он о них постоянно вещал.

— Это вряд ли, — вырывает меня из воспоминаний ехидный голос богомола. — Демьян Каменный не из тех, кто за юбкой будет по дворам бегать, скорее уж от них…

— Тот самый⁈ — недоверчиво осматриваю я сурового воеводу, о котором слышала уже не раз.

— Ага. Снова воришек гоняет, а, может, и кого покрупнее.

— Лучше бы он работодателей разогнал, — недовольно шиплю я, — где это видано, чтобы молодая девица не могла себе работы для пропитания сыскать? Что мне теперь в вашем царстве делать⁈ Может, на панель пойти или сразу от голода распухнуть⁈

— Для местного мужика ты шибко тощая, спросом пользоваться не будешь, да и с панели тебя воевода мигом выдернет, — насмешливо фыркает Молчун. — Тогда проблема с питанием и кровом решится сама собой — в темнице есть и то, и другое.

— Ха-ха! — иронично цежу я, не оценив его юмора. — Лучше скажи, что делать. Сдаётся мне, этого медяка даже на обед не хватит… — верчу я в руках нагретый теплом моей ладони кривой кругляшок, щедро подаренный при расставании Агнессой.

— В таверне у Грота на утреннюю кашу должно хватить… — с сомнением тихо молвит богомол, вновь юркая во внутренний карман. — Иди вперёд, а затем налево вдоль крепостных стен.

От упоминания о еде мой желудок глухо трепыхается, заставляя меня поморщиться и сглотнуть вязкую слюну.

Следуя всем указаниям фамильяра, уверенно бреду к таверне. Из головы, отчего-то, никак не желает выходить гордый профиль местного воеводы. Дурость какая…

Неожиданно мой взгляд цепляется за седую бороду юркого старичка, ловко снующего меж лавками.

— Не может быть, — ошеломлённо выдыхаю я, резко сорвавшись с места, — Велор! Стой, гад!

Несусь за седовласым мужчиной в длинном тёмном плаще, не обращая ни малейшего внимания на попадающихся на моём пути недовольно бранящихся прохожих.

Он, видимо, что-то почуяв, резко ускоряет шаг и начинает еще активнее петлять, стараясь сбить меня со следа.

— Не уйдёшь! — зло шепчу я, ускоряя ход.

Велор заскакивает в тёмный проход, я спешу за ним. Абсолютно пустой закуток встречает меня безмолвной тишиной.

— Как так⁈ — недоумённо верчу я головой по сторонам, — куда он делся⁈

— Справа дверь, — подаёт голос богомол, и я действительно замечаю небольшую дверь, красками слившуюся со стеной приземистого дома.

Уверенно толкаю её и вхожу внутрь затхлого пыльного помещения, тускло освещённого вяло горящей лампой на столе. Прохожу вглубь, но никого там не вижу.

— Стоять! — резко кидаюсь я назад, краем глаза заметив, как спрятавшийся за дверью колдун пытается выскочить на улицу.

— Вы что наделали⁈ — кричу я заполошно, схватив наглого Велора за край расшитого узорами плаща. — Кто дал вам право, выдёргивать меня из родного мира⁈

— Ты же хотела отдохнуть, сменить обстановку⁈ — хитро блестят его обсидиановые глаза под проседью кустистых бровей.

— Так почему бы не отправить меня на Мальдивы⁈ В Гагры или Сочи⁈ Да на худой конец — в любой тихий домик на берегу спокойной речонки в каком-нибудь закутке России⁈ — удивлённо таращусь я на вероломного старика. — Всё лучше, чем это заплывшее грязью царство с восседающим на троне пузатым пустобрёхом!