Онлайн книга «Поймай меня, воевода, если сможешь!»
|
Благо с моей обувью дела обстоят куда лучше, чем с одеждой. Права была бабуля, когда говорила, что хорошую обувь можно носить веками; в моём же случае скорее мирами или по мирам — всё едино… — Ну пойдёмте, — поторапливает нас Агнесса. — Мне к Радгеру до открытия его лавки успеть надобно. А он обычно у нас ранняя пташка… — А кто такой Радгер? — ступая за знахаркой, тихо спрашиваю я. Не ради любопытства, а скорее, чтобы заполнить гнетущую тишину в дороге. Попутно жадно вдыхаю прохладный воздух, напитанный влагой и свежестью. Кажется, так пахнет сама осень. Лёгкий туман витает меж тёмных стволов просыпающихся деревьев, и я стараюсь поспевать за маленькой женщиной, идущей донельзя быстро. Потеряться в этом лесу я точно не хочу. — Радгер-то, — на ходу отвечает мне Агнесса, — это хозяин лекарской лавки. Я ему три раза в седмицу травы да настои отношу. Платит, конечно, немного, но всё ж справнее выходит, чем самой на базаре стоять. — Отчего же? — Дык царь наш указ издал, что все места на базаре нынче платные. Хочешь торговать — плати деньгу, а ежели нет продаж, так всё равно плати. Кого волнует, что никому сегодня твои настои от запора не пригодились⁈ И сумма, скажу я тебе, нехилая. Мне нужно целую седмицу торговать, чтобы эту пошлину оплатить при условии хороших продаж, конечно… Посему мне проще Радгеру свои заготовки сбагрить и монеты, хоть и скудные, получить. А уж он там сам с ними разберётся. — Что ж, ваш царь не поддерживает индивидуальных предпринимателей? — искренне хмурюсь я, не понимая логики драконовских мер. — Чего? — Дрючит он вас так почему? — стараюсь я объяснить Агнессе суть своего вопроса. — Он же как правитель наоборот должен вам помощь оказывать, а он лишь жизнь усложняет… — Ну так, — задумчиво чешет макушку знахарка, — на то он и царь, чтоб указы строчить. — Будто бы он сам их пишет… — насмешливо фыркаю я. — Сам не сам, а за неисполнение царского волеизъявления у нас в Пославье наказание строгое — тридцать три плети на главной площади да крупный штраф. — Плеть? — в шоке останавливаюсь я посреди молчаливого леса. — Что за дикость? — А за оскорбление Горислава Победоносного можно и казнь схлопотать… — Это шутка? — не верю я серьёзной женщине, всматриваясь в её зелёные глаза. — Что за самодурство такое? Зачем вы терпите этого тирана на престоле, почему не свергнете? — Народ Горислава чтит и побаивается. Он и раньше был суров, а после войны с Кабзекской волостью стал ещё более грозен да подозрителен. Говаривают, что непросто ему далась та победа; ежели бы не воевода Демьян, так бы и неизвестно, под кем бы сейчас ходили. Шибко справный Каменный воин, хитростью ворогов смог вокруг пальца обвести и помочь Гориславу победу выгрызть. За то мы их дюже славим и уважаем, а любые неудобства в жизни лишь временные… Так наш царь всегда говорит. Знамо дело, трудная жизнь после войны на наших землях, нужно восстанавливать царство. Разве можем мы супротив этого пойти⁈ — И сколько ж эти ваши непростые времена продолжаются? — Так почитай годков десять уж, ежели не больше… — И что ж этот ваш великий правитель не может за столь длинный срок свои владения восстановить и порядок навести, чтобы народу его жилось легче⁈ Думается мне, отменный лгун ваш Горислав, только о своём седалище и печётся… |