Книга Уроборос. Том 1, страница 53 – Виктор Громов

В головах мосульских старейшин тотчас начали работать шестеренки планов, как выторговать себе больше привилегий, титулов, облегчить налоговое время для богатых семей или даже получить должности и имущество в государственном совете после победы Бахрама. В том, что он победит никто не сомневался. У мальчишки нет ни единого шанса, ни армии, ни военного опыта, авторитета и решительности. Вопрос только, как быстро Бахрам займет престол.

После окончания приема-ужина Бахрам с Йездигердом вернулись в ту комнату, где беседовали несколько часов назад. На этот им составила компанию Елинга.

— Эта была проникновенная речь,-воскликнул молодой иранец,-ты знаешь, я даже сам стал немного ненавидеть мальчишку Хосрова!

— У тебя информация?,-не обращая внимание на слова Йездигерда обратился Бахрам к Елинге.

— Послание от Хосрова лично Бахраму Чубину,-голос ее был, как у всех африканцев, низким и утробным, но Бахрам за много лет настолько влюбился в него, что не представлял ничего мелодичнее.

— Прочти, Йездигерд, что там пишет этот ничтожный мальчишка.

Молодой иранец взял свиток, внимательно осмотрел его на предмет отравленных игл, развернул и пробежал глазами.

— Он практически повторяет прошлое письмо. Приказывает тебе прибыть в Ктесифон, обещает личную безопасность и после переговоров – разделить государство на две части, тебе достанется восток. Так, это несущественно. А, вот. Предлагает треть казны.

— Да,-усмехнулся невесело Бахрам, а через полгода он меня снимет и казнит. И что мне объявить всем людям, которые мне поверили? Что я буду править востоком, а вас всех в течение месяца казнят?

— Решать тебе, Бахрам. Мы тебе верим, что ты решишь, то и будем делать.

— Садись, пиши. Давно ты, наверное, не писал что-то иного, кроме стихов?-улыбнулся Бахрам.

Тот немного покраснел в ответ, что было очень неожиданно для закаленного воина. Да, глубоко в душе самых безжалостных вояк сидит поэт и романтик, который стремится к чем-то большему, чем может дать мир.

— Письма, которые говорят о ничтожности твоем и твоего ума, я получил, однако твоих дерзких предложений ни один верный династии не может принять; ты не можешь использовать ни печать шахиншаха, не можешь предлагать даров шахиншаха, потому, что только законный повелитель может распоряжаться своим государством. А ты сверг своего повелителя, ослепил и убил, ты возмутил весь Иран и не-Иран своим поведением и никто из уважаемых людей не присутствовал на твоей коронации. Если ты, ничтожный мальчишка, прибудешь ко мне с покаянием, я, из верности к твоему отцу, не буду казнить тебя, потому, что кровь потомка Сасана священна, но приму тебя, как сына и дам в управление провинцию. Но людей, которые свергли и уничтожили законного правителя, я не буду казнить, а отдам на суд ариев. Что они с ними сделают, то и будет. Но спеши, мальчишка, ибо я выступаю против тебя. Если к тому времени, как я со всем народом иранским подойду к Ктесифону за мщением, ты не явишься ко мне, ты будешь казнен, как изменник и убийца отца. Записал?

— Да, суровое письмо,-ответил Йездигерд, сворачивая и запечатывая письмо. Я бы на его месте уже скакал во весь опор на север, чтобы сдаться.

— Мне жаль этого мальчишку,-признался Бахрам. Он марионетка в руках своих дядей. Он напуган и не знает, как поступить. Если бы иные обстоятельства, я бы его взял под опеку. Но ты знаешь,-внезапно он устремил взгляд в сумерки пустыни,-бывает такое чувство, когда события несут тебя все быстрее, все развивается будто не по твоей воле, а по какому-то плану, а ты можешь просто отдаться на волю этому течению и молить всех богов, чтобы выжить.