Книга Пепел революции, страница 121 – Виктор Громов

— Да, хитро. Так вы мне поможете в моем задании?

— Я ничего не знаю о вашем задании, и знать не хочу. Мне поставлена задача способствовать тому, чтобы вы достигли Екатеринодара. Все. Остальное меня не касается.

— Понял. Последний вопрос. Мне негде остановиться. Подскажите, здесь есть гостиница или дом или хоть что-то?

Он рассмеялся и подкрутил усы.

— Евгений Яковлевич, когда в рыбацкий городок приезжает больше пятнадцати тысяч гостей, среди которых сотни офицеров, каждый из которых голубая кровь и генерал на генерале, которые требуют как минимум дворец себе, то о гостинице не смейте шутить! Прошу за мной, в доме, где я живу, есть свободная комната. Это не дворец, конечно, но перед тем, что нас ждет на Кубани, следует набраться сил. Скоро мы будем с сожалением вспоминать эти деньки.

Комната оказалась очень маленькой и душной, но привередничать не приходилось. Несколько дней Кильчевский провел в городке, постепенно вникая в структуру армии и ее иерархию. Выявились как положительные аспекты, так и очень печальные.

К сильным сторонам можно отнести опытность и идеологическую стойкость бойцов. Почти все участвовали в германской войне, потом их побросало по всем фронтам Гражданской, и они умели драться и понимали, за что они дерутся.

Печальна была структура армии. Как и говорил Колков, было огромное количество людей штабных и тыловых служб. Каждое мельчайшее подразделение имело полностью укомплектованный штаб, где толковых офицеров было совсем мало, но полно непонятных личностей, которые с чувством собственной важности занимались тем, что на бумаги ставили печать или редактировали приказы. Как такая структура сочеталась с молниеносной тактикой в кубанских степях? Радовало, что действительно, Врангель надавил на тыловые службы и те выделили малую часть того, что союзники поставляли несколько лет. Сколько еще добра осталось на складах было страшно подумать, а сколько еще было расхищено?

Кроме того, в городе в массовом порядке появились какие-то проходимцы, которые торговали ценными бумагами компаний, которые планировалось освободить на Юге и на Кавказе. Здесь были и закладные, и векселя, и акции, и права требований, и облигации, и совсем уже какие-то экзотические ценные бумаги, о который Кильчевский слышал первых раз в жизни. За несколько дней до отплытия цены на эти бумаги выросли во много раз.

Однажды Кильчевский увидел, как какой-то приват-доцент Петербургского университета обменял золотые часы, последнюю ценную вещь, которая, судя по его дырявым ботинкам и пыльным штанам, на стопку акций нефтеперерабатывающего завода в Баку. Он с досадой сплюнул и ушел, чтобы еще больше не расстраиваться. Он давно уже замечал, что взрослые люди, умудренные годами и жизненным опытом, падки на мошенничества и аферы еще сильнее, чем простаки. Наверное, это связано с тем, что они считают себя более ловкими в финансовых вопросах и не как остальные.

Вспомнить, к примеру, одного из величайших гениев в истории, если не самого великого, сэра Исаака Ньютона. Этот невероятный ум оставил огромный след не только в математике, физике и астрономии, но и многие годы приносил пользу своей стране, трудясь распорядителем Монетного двора Англии и зная о финансах все, что возможно. Однако и он, несмотря на свой великий разум, поддался лихорадке компании «Южных морей». Естественно, это оказалось финансовой пирамидой, и так же естественно, она скоро обрушилась. Сэр Исаак Ньютон, вложивший в ее акции почти все свое состояние, оказался среди армии таких же обманутых дураков.