Книга Пепел революции, страница 119 – Виктор Громов

Как и говорил Нефедов, через две недели раздался звонок, и человек на другом конце назвал его по имени и сообщил, что в течение трех дней Кильчевский должен прибыть в Феодосию и найти есаула Кубанского казачества Колкова, Георгия Ивановича. Этот человек осведомлен, что его надо доставить в целости и сохранности вместе с десантом на берег и там оказывать, по возможности, всяческую помощь.

Кильчевский попрощался с Изабеллой, сказал ей, что делать, если он не вернется, в чем был практически полностью уверен. Оставил ей большую часть денег и своих вещей, и утром отправился в порт.

Феодосия, еще совсем недавно встретившая их с Шемаковым сонной рыбацкой деревушкой, которая, казалась, пребывала в вековой дреме, и в сновидениях видела свою блистательную историю с гордыми крепостями на вершинах скал, теперь напоминала бурлящий муравейник. Город был буквально забит людьми и военными грузами. Все ругались, кричали, кто-то бегал и искал штаб, молоденький офицерик метался и не мог найти подводу с патронами. Местные жители опасливо смотрели на всю эту вакханалию и старались не попадаться под ноги военным. Сам городок был весьма невелик, и как он смог вместить многие тысячи дополнительных людей, было сложно понять. На рейде уже стояли несколько больших кораблей, однако, их точно было недостаточно для перевозки такого количества людей и грузов.

Кильчевский безуспешно искал есаула Колкова. Во всех контролирующих конторах практически все его знали, но он или только что вышел, или недавно видели его в другом конце городка. Колков будто специально от него бегал, но тут, конечно, было просто совпадение. Наконец, устав от бессмысленного бега, он взял за рукав одного из только что видевших есаула и дал ему крупную банкноту, посулив дать еще столько же, если он найдет неуловимого офицера. Тот засуетился, выскочил на улицу и потянул Кильчевского на набережную. Там стоял сущий ад. Часть грузов прибыло морем, часть — по железной дороге. Не хватало ни кранов, ни складов, ни казарм или домов для размещения людей. Видимо, никто не учел этот вопрос, а тыловые службы понадеялись одна на другую.

Его подвели к невысокому человеку средних лет, который кричал на какого-то капитана сухогруза. Кричал так, что того чуть не сдувало ветром. Кильчевский отдал деньги и поинтересовался:

— Есаул Колков?

Тот недовольно обернулся и Кильчевский заметил, что рыжие усы его прямо пылают гневом.

— А ты еще кто такой? Очередная тыловая крыса, мать-твою-так?! Чего надо?!

— Добрый день. Моя фамилия Кильчевский. Вас должны были предупредить насчет меня. Приятно познакомиться.

Несколько мгновений тот вглядывался в его лицо, потом махнул рукой, чтобы следовал за ним.

Они дошли до каких-то ящиков под навесом и там с комфортом расположились. Есаул снял шапку и вытер вспотевшее лицо.

— Проклятый Крым, жара какая. И влажность, везде влажность. Так что вы хотите, Евгений Яковлевич?

— Я хочу, чтобы вы мне помогли добраться как можно дальше. В идеале, добраться с вашими станичниками до Екатеринодара.

Тот хохотнул.

— Ишь, до Екатеринодара. Можем и до Царицына, а если повезет, то и до Москвы махнем.

Кильчевский улыбнулся. Было заметно, что есаул весьма ершистый человек, только было неясно, у него такой характер или же что-то его вывело из себя.