Книга Читающая в душах, страница 86 – Светлана Бернадская

Хоть бы дождь не заканчивался, а то, чего доброго, по тихому внутреннему садику примутся бродить чужие люди и громко восхищаться зеленью, статуями, фонтанчиками и прудиками, уже порядочно наполнившимися дождевой водой.

Ялла нехотя выбралась из еще теплой ванны и позволила обтереть себя полотенцами и облачить в ночную рубашку. Затем устроилась в низком кресле у камина, вытянула босые ноги на мягком ковре и отдалась заботливым рукам горничной, которая просушивала ей волосы и между делом умело массировала кожу головы.

Боль в висках понемногу отступала.

— Закрыть ставни, госпожа? — спросила одна из молоденьких служанок. — Ночью может быть прохладно. Да и дождь…

— Не надо, — поспешила возразить Ялла. — Оставь открытыми. Не люблю духоту, особенно ночью.

А еще она хотела хоть напоследок насладиться в одиночестве тихим, спокойным вечером — последним перед грядущей шумной неделей, когда можно просто посидеть у распахнутого окна и послушать шуршание капель дождя в листьях хелиолы, да пение ночных птиц, облюбовавших головы статуй.

Она окончательно расслабилась, отпустила защиту — и вдруг уловила чутьем что-то такое, чего никак не могло быть там, за выходящим в сад окном.

Но оно там определенно было.

Ялла хлопнула в ладоши и сказала высоким от волнения голосом:

— Всё, ступайте все, оставьте меня одну. Дальше я сама.

Служанки, почтительно откланявшись, собрали корзинки с бельем и остатками ужина и покинули будуар. Ялла на всякий случай проводила их до двери приемного покоя и самолично задвинула изнутри все засовы.

Один сюрприз уже поджидал ее в садике, так что других ей сегодня точно не надо.

Кажется, закончила она как раз вовремя: со стороны окон раздался резкий звук чего-то упавшего.

С колотящимся сердцем она поспешила вернуться в будуар — и замерла на пороге, уставившись на верхнюю половину Арена, навалившегося локтями на подоконник.

Он вымок до нитки. Нос блестел, с черных волос капало, белая рубашка стала полупрозрачной и прилипла к телу, позволяя видеть каждую рельефную мышцу — словно в насмешку над выдержкой Яллы.

А еще он широко улыбался, ощупывая ее ответным хищным взглядом с головы до босых ног.

— Привет, принцесса. У тебя все двери заперты, так я через окно. У меня там трость упала, поднимешь? А то нагибаться неудобно.

Ялла выдохнула и подбежала ближе, подобрала откатившуюся под оттоманку трость. Арен меж тем перемахнул через подоконник, приземлился внутри комнаты и едва не поскользнулся, проехавшись мокрой подметкой по натертому воском мраморному полу. Ялла охнула, придержала его за локоть и тут же отдернула руку, словно тонкая ткань мокрой рубашки могла обжечь ей пальцы.

На нее полыхнуло тем, по чему она давно уже безумно соскучилась: вязким жаром неприкрытого мужского желания.

Лишь милосердный Судья, читающий в душах, знал, как нелегко ей было овладеть собой, отдать ему трость и отступить подальше, вглубь комнаты.

— Что ты здесь делаешь?

Его белозубая улыбка стала еще шире.

— Я тут подумал, что мы с тобой давненько не играли в стратегию.

Ялла вспыхнула и отступила еще на шаг. Запоздало пожалела, что не накинула халат поверх ночной рубашки: ее тело наверняка почти так же просвечивало сквозь шелковую ткань и выдавало все свои неконтролируемые реакции.