Книга Ещё одна жизнь злодейки. Игра на выживание, страница 45 – Анна и Валентина Верещагины

Как только кончики пальцев коснулись горячей водной глади, казалось, что усталость постепенно отступила благодаря теплу.

До этого дня я подумывала устроить собственное чаепитие со знатными дамами, однако теперь сомневалась в этой идее. Рано или поздно придется это сделать, но я инстинктивно оттягивала этот момент.

Служанки нежными и мягкими движениями рук растирали плечи и спину, делая массаж. Я же блаженно откинулась в ванне, чувствуя, как тело медленно расслабляется.

В голове всплывали моменты и события, произошедшие за этот день.

Стычка с Арагоном и подарок Ноа. Встреча с Пенелопой и Карлосом, а также знакомство с дочерью виконтессы Фридрих.

Интуиция подсказывает, что Мария та, кто больше остальных подходит на роль моей подруги, однако торопиться не стоит. Верность и предательство как в книжном, так и в реальном мире идут рука об руку.

— Эмма, — пробурчала я себе под нос, пока служанки тщательно мыли мои длинные волосы цвета горького шоколада. Я рассматривала гладь воды, вспоминая лицо девушки, которую встретила в королевском дворце. — Куда делась Глория?

— Мисс, вы же сами подписали для неё трехдневный отпуск.

— Ох... Я и забыла.

Глория никогда не просила отгула, так как ей было поручено контролировать мое окружение и обеспечивать безопасность всеми доступными способами. А сегодня утром она неожиданно протянула официальный бланк на отпуск. У меня не было времени, чтобы расспросить девушку, так как я опаздывала на службу в храме и, не задумываясь, подписала, лишь уточнив, сколько дней ей требуется.

— Можешь идти, Эмма.

— Да, госпожа.

Вернувшись в свою комнату, я, как всегда, приняла оставленное заранее Глорией лекарство и тихо ухмыльнулась своим мыслям.

Она ещё та перфекционистка и проныра.

Девушка перед отъездом предварительно расфасовала пузырьки с зельями на каждый день, запечатав так, чтобы их можно было вскрыть лишь единожды. При этом оставила на них идентичные печати, чтобы никто не осмелился их подделать. Ещё и зашнуровала замысловатой шнуровкой, чтоб наверняка...

Почему-то сегодня я чувствовала себя более уставшей и уже хотела лечь на кровать и крепко уснуть, но день не желал столь просто заканчиваться.

Письмо от бабушки Дианы не давало мне покоя.

Женщина требовала перечитать стихотворное письмо. И естественно, я, не дожидаясь утра, зарылась в одну из потайных полок.

Отковыряв зажим дна, что скрывал под собой второе дно, достала из его недр скрученный пергамент.

«Ты прекрасней алого заката, не имеющего изъяна.

Подобна этой королевской звезде — солнцу, и по крови, и по жизни.

Горящая, но недосягаемая.

Ты алый рубин в королевской короне, сверкаешь, как кровавая луна на подъеме. Любимая Нора.

Настоящий цветок, как герб когда-то моей и не менее твоей семьи — это черная роза.

Глаза твои околдовывают, и даже золотокрылый лев с этим не поспорит, а синий фазан с любовью возвысит тебя к небесам, держащий в клюве кинжал.

Твое имя столь же прекрасно, как прекрасны ночные фиалки.

Колюче, как величественная ель.

Редко, как закаленная в жемчужном море сталь.

Единственная моя Нора.

Доказательство этому лежит в глубине моего сердца.

В моем тебе подарке — жизнь.»

Так я и провела сегодняшнее время до полночи, заучив стихотворение наизусть. Пыталась уловить скрытый смысл этих строк, с этими мыслями и заснула.