Книга Невеста лисьего клана, страница 98 – Мира Аллен

Айко стиснула пальцы. Возможно. Нет. Она не знала. Именно поэтому слова цепляли.

Холодная точка росла. Рэн почувствовал.

— Айко. Не доказывай ему ничего.

— Тогда как выгнать?

— Мы должны разомкнуть нить на мгновение.

Она открыла глаза.

— Что?

Рэн стоял напротив. Его лицо было напряжено.

— Если добровольная связь ослабнет, присутствие потеряет опору.

— А потом?

— Мы замкнём её снова.

— Можно так?

— Один раз.

— Что будет, если не получится?

Он не ответил.

Сота резко сказал:

— Мне не нравится эта пауза.

Рина кивнула.

— Совсем.

Айко посмотрела на Рэна.

— Что будет?

— Связь может не восстановиться в прежнем виде.

— Печать вернётся под власть клана?

— Возможно.

— Первый замок?

— Станет нестабильным.

— То есть голос предлагает не доверять вам, а чтобы выгнать его, я должна добровольно перестать чувствовать вас.

— На несколько секунд.

— Очень удобно устроено.

— Поэтому он и вошёл.

Айко опустила взгляд на их руки.

Тёплые пальцы Рэна всё ещё держали её. Красная нить между запястьями была невидима, но жила внутри. За несколько дней она стала постоянной частью мира: предупреждала, согревала, злилась, тянула его к ней и её к нему.

Разомкнуть. Даже на секунду. Стало страшно.

Рэн тихо сказал:

— Я буду здесь.

— Но я не почувствую.

— Увидишь.

— А если он покажет вас иначе?

— Тогда вспомни не магию. То, что было без неё.

Айко подняла глаза.

— Что у нас было без неё?

Вопрос вырвался сам. Рэн замер. Сота и Рина молчали у двери. Айко продолжила тише:

— Всё началось с печати. Храм. Школа. То, что вы приходили. То, что я слышала. Даже наши разговоры происходили потому, что нас связали.

Холод внутри отозвался довольным шепотом.

«Вот видишь».

Рэн посмотрел прямо на неё.

— Твоя мать пригласила меня пить чай не из-за печати.

Айко моргнула.

— Что?

— Ты заставила меня завтракать не из-за печати. Смеялась, когда я стоял в шкафу, не из-за неё. Делилась омлетом на крыше. Злилась, когда я решал за тебя. Защищала Соту и Рину у Восточных ворот. Спорила со мной о боли у реки.

Он сделал паузу.

— Ты могла делать всё это с кем угодно.

— Но делала с вами.

— Да.

Холодная точка сжалась.

Рэн продолжил:

— Печать заставила нас встретиться. Всё остальное мы делали сами.

Айко почувствовала, как страх меняется.

Не исчезает.

Но становится тем, что можно выдержать.

— Хорошо, — сказала она. — Размыкаем.

Рэн кивнул.

— Сота.

— Да?

— Считай до пяти.

— Почему я?

— Твой голос человеческий и не связан с печатью.

Сота шагнул ближе.

— А если на пяти вы не вернётесь?

— Ломай метку.

— Кого она позовёт?

— Мэйру.

Рина удивлённо спросила:

— Метка звала не клан?

— Я изменил её после Восточных ворот.

Сота нахмурился.

— И не сказал?

— Не успел.

Айко посмотрела на Рэна.

— Мы поговорим о вашей привычке не успевать.

— После.

Он поднял вторую руку и накрыл её пальцы.

— Готова?

— Нет.

— Я тоже.

— Это помогает.

Рэн едва заметно улыбнулся.

— На счёт один отпускаем. На пять берёмся снова.

— А если захочу раньше?

— Не бери. Голос может использовать желание.

Айко сглотнула. Сота приготовился считать. Рина подошла к Айко сбоку.

— Я рядом.

— Не касайся её до пяти, — предупредил Рэн.

— Я поняла.

Сота вдохнул.

— Один.

Рэн отпустил её.

Мир исчез не сразу. Сначала ушло тепло ладони. Потом красная нить внутри словно оборвалась. Не болезненно. Страшнее — бесшумно.