Книга Невеста лисьего клана, страница 99 – Мира Аллен

Айко перестала чувствовать Рэна. Совсем. Перед ней всё ещё стоял человек с золотыми глазами. Она видела его лицо, напряжённые плечи, руку, зависшую рядом. Но внутри было пусто.

— Два, — сказал Сота.

Комната изменилась.

Стены отступили. Свет стал серым. Лицо Рэна дрогнуло, будто отражение на воде.

— Айко, — сказал он.

Она не знала, настоящий ли это голос. Поэтому молчала.

— Три.

Рэн перед ней шагнул ближе.

— Возьми меня за руку сейчас.

Айко застыла. Они договаривались не раньше пяти. Значит, не он. Она отступила. Образ улыбнулся. Лицо стало мягче, почти таким, каким она хотела бы его видеть. Без холода, без тревоги.

— Я люблю тебя, — сказал чужой Рэн.

Сердце болезненно ударило. Не потому, что она поверила. Потому что поняла, насколько точно голос выбрал оружие. Настоящий Рэн никогда не сказал бы это сейчас. Не потому, что не мог чувствовать. Потому что не стал бы использовать такие слова, чтобы заставить её протянуть руку.

— Четыре, — голос Соты донёсся будто издалека.

Чужой Рэн подошёл ближе.

— Ты ждала этого.

Айко стиснула зубы.

— Нет.

— Лжёшь.

— Возможно.

Образ протянул руку.

— Тогда проверь.

В пальцах вспыхнула красная нить. Поддельная. Слишком яркая. Слишком красивая.

Айко отступила ещё на шаг. За спиной возникло зеркало, которого раньше не было. В нём отражалась она одна. Без печати. Без амулета. Без Рэна.

Обычная девушка в школьной форме. Спокойная. Свободная.

— Пять! — крикнул Сота.

Айко закрыла глаза и протянула руку туда, где запомнила настоящего Рэна. Первые пальцы, которых она коснулась, оказались холодными. Она отдёрнула руку.

Слева прозвучал голос:

— Шкаф.

Айко повернулась. Настоящий Рэн стоял не перед ней, а на полшага в стороне. Без красной нити. Без красивых обещаний. Бледный, испуганный и злой.

— Правила, — сказала она.

— Написал там.

Она схватила его за руку. Связь ударила между ними алым светом. Айко вскрикнула. Холодное присутствие вырвалось из пустоты, приняв форму длинной тени. Она метнулась вверх, ударилась о потолок и распалась на десятки голосов.

Все одновременно говорили голосом Рэна:

— Не верь мне.

— Не верь мне.

— Не верь мне.

Настоящий Рэн притянул Айко ближе, закрывая собой. Золотой свет поднялся вокруг них, но тень цеплялась за красную нить, пытаясь остаться.

— Она не выходит! — крикнула Рина.

— Потому что вошла не через сомнение, — ответил Рэн сквозь зубы. — Через имя.

Айко услышала шёпот первого замка. Десятки имён прокатились в голове. Среди них одно повторялось чаще остальных. То самое, которое Рэн назвал в классе человеческим сокращением. Полное имя изгнанного дяди. Оно давило на язык. Просилось наружу.

Айко зажала рот свободной рукой. Рэн почувствовал.

— Не произноси.

— Знаю.

— Он хочет, чтобы ты дала ему форму в связи.

Тень ударила снова. Золотой свет дрогнул. Рэн побледнел сильнее. Сота шагнул вперёд с металлической ножкой стула, которую всё ещё нёс с собой.

— Ударить можно?

— Нет! — крикнули Айко и Рина.

— Просто спросил!

Рина схватила с алтаря пустую каменную чашу.

— А этим?

Рэн резко посмотрел.

— Чаша для забытых имён.

— Это хорошо или плохо?

— Сейчас хорошо. Поставь между нами.

Рина быстро опустила чашу на пол под красной нитью.

— Дальше?

— Айко должна вытолкнуть имя, не произнося.

— Как? — спросила Айко.