Книга ( Не) пара для вампира, страница 27 – Мэл Кайли

Объясниться предстояло и с графиней.

Лицо горело при мысли, что она десять раз предупредила меня, а я всё равно сорвался в ту же ночь. С пугающей лёгкостью, какую сам не мог понять: вот меня колотило от холода и слабости, которым я противился из последних сил, а вот рубильник в мозгу переключило одним щелчком, и я уже вдыхаю аромат служанки.

Почему девушка не попыталась остановить меня, отстраниться, убежать, в конце концов? Не имеет права перечить господам, даже если дело коснётся её жизни? Или…

Пришлось напрячь каждую извилину, восстанавливая детали вчерашней ночи. Равия заподозрила неладное, дёрнулась и неожиданно перестала сопротивляться.

Мог ли я внушить ей покорность и послушание? Я вообще это умею?

Подозрение укрепилось, когда я вспомнил сбивчивый шёпот, полувздохи-полустоны, то, как смертная извивалась в моих объятиях. Очень хотелось верить, что она не страдала, пока не лишилась чувств. Так я чувствовал себя чуть меньшим мерзавцем.

Мысли об одной соблазнённой девушке неизбежно приводили к другой.

При воспоминаниях о гибкой фигурке вампирессы кровь ударяла в голову.

Моё личное проклятие, что обстоятельства вечно встревали между нами в самый неподходящий момент. Горящие глаза маркизы, тихий голос, дрожащий от возбуждения, плавные покачивания бёдер обещали рай на земле.

В общем, поднялся с кровати я рассеянным, злым и разбитым.

Некоторое время отмокал в тёплой воде, обдумывая последние события, не дававшие расслабиться. Всласть позаниматься самобичеванием мне не позволил Элиот, объявившийся на пороге ванной без приглашения.

Оказалось, меня уже ждали учителя.

На закономерный вопрос, как я объясню им, что не знаю элементарных вещей об устройстве Дракарда и его королевств, слуга пояснил, что леди Шарлотта лично внушила каждому из отобранных наставников не задаваться мыслями о причинах и не разглашать нюансы моего обучения под страхом смерти.

Какие продуманные!

Хоть какая-то польза от ментального вмешательства, пока оно приносило мне один лишь вред.

Первым стояло занятие по верховой езде. Как человек, вернее вампир, никогда не занимавшийся конным спортом, я вскоре выяснил, что дело мне предстояло нелегкое.

Выручали регулярные физические нагрузки, которыми в прежней жизни я занимался последние лет семь. Обращение в вампира имеющиеся навыки приумножило.

Загвоздка оказалась в другом: верралы — местный аналог коней, все как один мощные, вороные и красноглазые — по неясной причине меня боялись.

Поговорив с сопровождающими, понял, что с такой проблемой они раньше не сталкивались, скорее юные аристократы опасались норовистых и гордых животных, которые не всякого к себе подпускали.

Пришлось потратить большую часть отведенного времени на то, чтобы убедить выделенного графиней веррала подпустить меня к себе. Так как психотерапией коней мне тоже не доводилось заниматься, процесс продвигался медленно.

И когда вороной красавец всё-таки позволил оседлать себя, прогулка прошла напряженно для нас обоих. Очень мне не улыбалось слететь с высокого скакуна, а его нервировало, казалось, само моё присутствие.

Оставив озадаченных конюхов (верюхов?) разбираться с подопечным, я отправился на уроки по истории, географии и искусству Полночной империи. Последние по понятным причинам мне особенно понравились.