Книга Яд для дракона-некроманта, страница 149 – Мэл Кайли

Однако стоило мне увидеть, как эйр Кайден Менсар смотрит на эйресс Вивиан — с честным, искренним восхищением, с каким смотрят мужчины, которым посчастливилось любить без боли, — и всё, что я привёз из Верданты и Ларэина, все доклады, письма, схемы, ниточки, сплетённые мной в понятную картину, рассыпались прахом.

Я утратил хладнокровие и трезвость мысли. Чутьё Тени Короны уступило место зверю под кожей — тому, чьи когти мне удавалось прятать многие годы. Внутренний дракон не влезал в мои отношения с женщинами.

Но эта женщина — исключение.

Минувшим вечером она как будто спасла меня — сказала Менсару, что не примет его предложение, потому что увлечена другим. И я, к собственному ужасу, испытал жгучее желание быть тем самым другим, даже если моя тьма поглотит её, а я сам сгорю от страсти к той, кем не имею права обладать.

А сегодня за завтраком эйресс Фэрра ни разу на меня не посмотрела, отвечала коротко, холодная, как само дыхание смерти. И в то же время любезничала с Кайденом и улыбалась ему.

И я, идиот, а не некромант, ревновал её до помутнения рассудка и завидовал чужому праву на нормальную жизнь. Тому, что грант Менсар мог бы быть с ней и не бояться умереть от слишком сильного чувства к любимой женщине.

До вечера я носил эту мысль в груди, как не вынутую стрелу. И нарывало так же. Доклады из Ларэина лежали раскрытыми, а я вчитывался в пустое пространство между строк и видел её профиль.

К концу нашего разговора Киллиан два раза повторил вопрос, который я так и не услышал, а если услышал, то не запомнил. Он прищурился, удержался от злой шутки, на что потребовалась вся наша дружба, и сказал, что мне нужен отдых и свежий воздух.

В саду действительно дышалось легче. Сумерки ложились на каменные дорожки, как свежие простыни на постель. Кристаллы в фонарях загорались, но ещё не сверкали в полную силу, благодаря чему было видно зеленоватые искры светлячков.

Я расслышал шаги — лёгкие, быстрые, почти танцующие — и свернул в боковую аллею. Служанки невест давно научились выслеживать мой маршрут, и три самые настойчивые эйресс решили объявить на меня охоту.

В который раз.

Моего внимания искали красивейшие женщины Ксилантиса, а я бежал от них, как ни от чего раньше не бежал. Я перешёл через белокаменный мостик, миновал круглую ротонду с резной колоннадой и нырнул в коридор живой изгороди.

Невесты почти настигли меня, когда я почувствовал её.

Не увидел — именно почувствовал. Волна тепла, едва уловимое изменение в воздухе, дразнящая нота мандарина. Я всегда ощущаю эйресс Фэрра раньше, чем замечаю глазами. И впервые за весь день во мне что-то встало на место.

Она шла по дорожке вниз к фонтану, изумрудное платье в сумерках выглядело, как глубокая вода. Красивейшие каштановые волосы были собраны в небрежный пучок на затылке и открывали шею — изящную тонкую линию, которая так и притягивает взор.

Видит Тэнэброс, я не собирался её трогать.

Думал спрятаться в изгороди, где встречались полости, как мы в детстве прятались с Селестой, переждать эту троицу и пройти мимо. Но когда невесты свернули в ту же аллею, где оказалась она, инстинкт защитника сработал быстрее, чем я успел осознать.

Я шагнул к ней из зелени, закрыл рот ладонью, второй рукой обхватил талию и рывком утянул в своё временное убежище. И ощутил аромат её кожи — свежесть лотоса, нежность жасмина.