Книга Убийство среди книг, страница 11 – Тони ЛоТемпио

Неоновое освещение над головой мигнуло.

— Ты вроде упоминала электрика? — напомнила я. — Хочу убедиться, что проводка здесь не коротит.

— Местный вполне приличный, — отозвалась Зейна и добавила, сверкнув глазами: — Джефф Коннорс. Помнишь его?

Я почувствовала, как теплеют щеки.

— Стало быть, пошел в семейный бизнес. Он все такой же красавчик, как был в старших классах?

— Лучше. — В глазах у Зейны плясали чертики. — Еще лучше, чем когда вел тебя на предвыпускной бал. Даже Шейла говорила, что он лакомый кусочек.

Я сглотнула, заталкивая поглубже воспоминание: я в розовом шелковом платье в пол и Джефф в белом смокинге, с бутоньеркой в руках.

— Тогда по-любому зовем.

Зейна хихикнула.

— Сегодня же вечером позвоню ему и Гленну Чесни. Тот слесарь, и очень хороший… и цену не ломит.

— Отлично. — Я не спеша подошла к задрапированной зоне слева от старинной конторки и, раздвинув шторы, заглянула внутрь. — По-моему, я нашла подсобку. И плитка тут тоже есть.

— Так и знала, что у нее наверняка где-то втиснута плитка. Шейла всегда любила, чтобы под рукой была чашка чаю.

Она подошла ко мне, и мы обе ступили в небольшую комнатку. В углу стояли друг на друге несколько коричневых транспортных коробок, а на маленьком столике уместилась плитка, три чашки и упаковка травяного чая. Я посмотрела на этикетку: ромашковый. Мой любимый. Подняла упаковку и заглянула внутрь. Она была практически полная, недоставало только двух пакетиков.

— Занятно, — прокомментировала я и поставила чай на место.

Зейна вскрыла одну из коробок и повернулась ко мне, держа в каждой руке по книге.

— Думаю, часть ее товара мы нашли, — заметила она и нахмурилась: — Что занятно?

— Та пачка с чаем. Она практически полная. Мне просто кажется странным, чтобы человек таскал с собой в сумке чай и притом оставил полную коробку в месте, куда не планирует возвращаться.

Зейна покачала головой.

— Это из тебя автор детективов лезет, — поддела она. — В ее записке сказано, что случилось нечто непредвиденное. Она, наверное, так торопилась, что про чай и не вспомнила.

— Возможно, — пробормотала я и указала на книжки, которые держала подруга: — Что ты там нарыла?

Она помахала томиками у меня под носом.

— Последний Джеймс Паттерсон и Клайв Касслер. Не переживай, уверена, твои тоже где-то тут.

— Я и не переживаю.

Я провела пальцем по плитке и остановилась, заметив торчавший из-под нее клочок бумаги. Вытащила его, изучила и повернулась к Зейне.

— Кто такая Мара?

Подруга нахмурилась:

— Понятия не имею. А что?

— Бумажка. Тут сказано: «Позвонить Маре». Номера нет.

Не выпуская книжки из рук, Зейна подошла и заглянула мне через плечо в записку.

— Почерк Шейлы, — определила она. — Полагаю, это какая-то ее знакомая. Я никаких Мар не знаю.

Я перевернула бумажку.

— Такое впечатление, что она написала тут что-то еще, но потом стерла. — Я прищурилась. — Причем очень старательно.

Я уже собралась положить записку на место, но передумала и сунула в задний карман джинсов. Оглянулась на Зейну — та вернулась к открытой коробке и рылась в ней.

— А как дела в твоей половине этого заведения?

Зейна просияла и сдвинула в сторону отобранные книги.

— Я уже думала, ты никогда не спросишь! Идем покажу.

Мы выбрались в торговый зал и направились к двери в пекарню. Я сразу увидела, что Зейна вложила в магазинчик гораздо больше труда, чем Шейла. Свет, падавший сквозь панорамные окна, заливал свежеокрашенные стены. Зейна выбрала для интерьера мягкий желтый оттенок, и теперь он буквально сиял. По залу она расставила полдюжины дубовых столов со стеклянными столешницами и дубовые стулья в том же стиле. Посередине красовалась большая стеклянная витрина, способная вместить огромное количество пирожных, а вдоль стены протянулась стойка из искусственного мрамора. Возле нее Зейна разместила несколько табуретов, чтобы обслуживать не только в зале, но и у кассы.