Книга Время неблагих. Книга первая, страница 88 – Максим Далин

— Отец, — сказал я, — мне уезжать ужасно не хочется. А ты как же?

Шельда улыбнулся чуть заметнее обычного.

— Ты уедешь и развяжешь мне руки, — сказал он. — И будешь охранять этих несчастных ребят, принца и принцессу. А мы попробуем здесь немного разгрести… если выйдет. В любом случае, вам лучше быть подальше.

— А за мамой ты присмотришь? — спросил я. — И за Худенькой?

— За мамой — обещаю. Но второй особе, боюсь, не представлен.

— Так твоя кошка же! — удивился я. — Кошка Ласка, которая по твоим бумагам ходит. А то Орин, по-моему, вообще не любит кошек.

Шельд улыбался непривычно тепло, но у него внутри я ощущал какой-то кошмар, который не мог понять. Жар, боль, тоску… любовь, кажется…

— Да, и за кошкой. Всё будет хорошо, поверь. Иди, ребёнок. Если понадобится что-то передать — передам через Лео. Скоро увидимся.

Целый миг мне страшно хотелось его обнять на прощанье. Он за два дня столько сделал для меня… даже представить тяжело. И я ему доверял. И уже понял, что мне с ним общаться приятно, и я ему уже простил, что он ведьмак…

Потому что он ведьмак, а не упырь. Я теперь точно знаю разницу.

Но обнять я его не посмел. Подумал, это как-то… по-детски очень, малышовские нежности… а он и так меня ребёнком называет… А может, ему ещё и не понравится, что его обнимают — отчима просто раздражало.

Поэтому я просто сказал:

— Я верю. Удачи, отец. Можно тебе сказать «храни тебя Господь»?

— Ну… предположу, что от твоего благословения мне точно плохо не будет, — у Шельда опять сделался саркастический тон, а у меня немного отлегло от сердца. — Пусть Он хранит и тебя. Впрочем, будет, я полагаю. Ты же — Его подарок.

И он ушёл вниз, а я пошёл вверх.

Я шёл по дворцу с очень странным чувством.

Не успел освоиться в замке Шельда — и вот… условно, но у меня новое жилище. Королевский дворец… рехнуться можно. И тут я проживу два дня — и на курорт, а что там — одному Богу ведомо… другое какое-то жильё, на всю зиму… никогда раньше меня так не мотало. Жил в нашей квартире на улице Святого Иля — и всё. Только три раза летом мы с мамой и отчимом гостили в усадьбе у Дэирса, он отчима приглашал, а один раз я уезжал в Приют Благочестивой Молодёжи, от школы и клира. Что в своём роде неплохо, но это ж не то… и мне всегда было очень сложно доверять людям.

А так раскрываться, как с августейшими, мне с ровесниками никогда не случалось вообще. Начиналось для меня что-то совершенно новое.

И вот, например, мне тоже сильно больше нравился второй этаж, мрачные Бриановы покои. Я туда поднялся — и просто сразу на душе похорошело. Я пошёл к лестнице, что вела в каморку Алвина. Думал, что высочества могут и задержаться малость, может, король им захочет что-то сказать… поэтому особенно не торопился.

Бриан обожал всякое мрачное железо. Дверные проёмы тут охраняли очень древние доспехи, шлемы в виде черепов или каких-то жутких звериных морд, гербы забытых домов, вытравленные на потускневшем металле… Дом Пламенеющего Заката… дом Кровавых Ручьёв, ничего себе…

И вдруг я услышал, как где-то в глубине покоев Бриана скулит щенок. Во всяком случае, первая мысль была такая.

Я тут же вспомнил, как высочества рассказывали о собаках, которых они забирали с улиц на королевскую псарню — и вообразил, что одна каким-то образом отбилась и потерялась во дворце. И ломанулся же искать, дурачина!