Книга Костер и Саламандра. Книга 1, страница 183 – Максим Далин

Потому что полгорода приволоклось. Вот ничего так, да? Чернокнижный обряд, между прочим. Призраков вселяем в искусственные тела, на минуточку. Обыкновенные поднятые трупы – какая-то ерунда сравнительно. Пустячок. Городские мещане должны бы бежать от таких штук быстрее собственного визга – но вот поди ж ты.

К Валору уже привыкли. Ну а что, если в газетах «мессир Валор то, мессир Валор сё», а сам он то на приёме, то на Большом Совете, то в Медицинской Академии, то на конференции алхимиков вместе с Ольгером! Примелькался. Ну подумаешь, лицо фарфоровое. Бывает. Люди ещё и не к такому привыкают.

Это была хорошая идея, насчёт красивых масок. Был бы череп – привыкали бы дольше.

А так – в городе болтали, что ну да, бедные души утонувших морячков, да не все, а те, кто что-то тут принципиальное оставил, на земле. Ну да, торжество современной науки. Ну да, такое что-то, то ли алхимическое, то ли некромантское, то ли медицинское – жутенько, интересно, но как-то…

Это же наши морячки, а не морские демоны, действительно.

Только у приезжих из Девятиозерья глаза делались по золотому червонцу размером. А наши уже ко всему привыкли.

Видимо, дело ещё в том, что приезжие рассказывали про ад. Они в таких красках рассказывали, так истово, что наши перестали бояться гадов с бомбами. Вернее – нет, наши обыватели, конечно, ненавидели подонков, которые продались аду и пытаются взорвать живых людей, своих собственных сограждан, но никакого панического ужаса, никакой такой беспомощности перед злом они не чувствовали. Потому что, кажется, поняли: ад, во всяком случае, мы не пропустили.

Никакие мерзкие твари по столице не скачут. Женщин не душат, детей не крадут. Храмы не горят. Некроманты защищают столицу от ада.

Обычное дело.

Не только столицу.

Ведь те беглецы из Девятиозерья, которые сказали таможенникам, что некроманты, – они впрямь оказались некромантами. Вполне настоящими. Хоруг Роснолужский – даже очень серьёзным: сорок лет, родился без правого глаза и без повязки на глазу выглядит выразительно до озноба, удобно работал архивариусом в Девятиозерской Столичной Библиотеке. Остальные – попроще, но тоже наши люди. И они переходили границу, именно чтобы присягнуть Виллемине.

Что и следовало доказать: некромант чует, чем пахнут игры с адом, и пытается убраться подальше. А если его вооружить – он будет сражаться.

Они присягнули. И уехали в приграничные города, всё с той же чёткой целью: защищать людей от ада. Мы снабдили их зеркальным телеграфом и инструкциями.

С ними уехал и Райнор. На Жемчужный Мол – потому что нам всем там казалось особенно важно, принципиально и опасно, потому что именно там у нас были пограничные пропускные пункты, там мы соприкасались с Девятиозерьем и там мы соприкасались с Перелесьем.

По нашему ощущению, оттуда легче всего мог просочиться ад – и Райнор уехал, чтобы закрыть ему лазейку.

А Клай уехал в Западные Чащи: с одной стороны – Перелесье, с другой – Винная Долина самым краешком. Там тоже всё могло быть.

Мне было грустно расставаться с Райнором, хоть в последнее время мы едва перекидывались парой слов на бегу, – а прощаясь с Клаем, я чуть не заплакала.

Как он там будет? Целый воз работы, больная нога…

Но они вправду нужны были на границе. Я всё понимала. В столице оставались мы с Ольгером и деточки, а в приграничных городах были новички, которым пришлось учиться на ходу. Ничего не поделаешь.