Книга Костер и Саламандра. Книга 3, страница 87 – Максим Далин

Но не Ричарда.

— Простите, мессир, – сказал Ричард. – У меня всё времени нет. Я неучёный, не светский… мне ж работать надо. Вы же небось знаете, что много работы у нас в Перелесье… грязной… вам, мессир Эрнст, наверное, и не по чину это дерьмище разгребать, а нам не привыкать. Только не мешайте.

— Да, – печально сказал Эрнст. – Работы много. Вы очень молоды, дорогой мой, многого не знаете… мне хотелось бы дать вам несколько добрых советов, если вы позволите.

— Вы, конечно, говорите, – сказал Ричард. – Это с вашей стороны очень даже любезно. Только вы ведь не ждёте же, чтоб я обязательно стал делать всё, что вы посоветуете?

Эрнст с печальной улыбкой развёл руками:

— Мы все свободны в выборе пути.

— Вот-вот, – кивнул Ричард. – И я говорю.

— Дорогой мой, – продолжал Эрнст, и мне уже сильно хотелось его прибить за это «дорогой мой», но то ли Ричард не понимал, как это звучит, то ли его просто не пробивало. – Вы, вероятно, не знаете, но Сумерки Перелесья с давних времён если и не служат короне прямо, то всячески ей содействуют. Между государем людей и Сумеречным Князем всегда существовала тайная связь…

— Я знаю, да, – сказал Ричард. – Мне Лангр рассказывал, что вы очень переживали, когда короля Ричарда Золотого Сокола прозевали… ну то есть когда Дольф Некромант его убил. И с тех пор присматриваете за государями…

— Присматриваю? – Эрнст поднял бровь. Этакое глубокое печальное непонимание.

Ричард пожал плечами:

— Я ж не в дурном смысле. За благополучием, значит, присматриваете, чтоб с ними чего не вышло… Дело дворянское, ясно. Только как же вы таким манером государя Рандольфа так упустили?

— Упустил? – поразился Эрнст до глубины души.

— Ну, что он аду-то продался, – сказал Ричард просто. – Как же так, мессир Князь? Нет, вы не думайте, я понимаю: мы вот вам – так… серая скотинка. Вы таких небось сотнями считаете, а то – тысячами… тысячу туда, тысячу сюда, налоги там, рекруты, дело государственное. Деньги брать – это обыкновенно, да и солдат вроде меня на смерть посылать за короля – тоже обыкновенно, в общем… подданные – они подданные и есть. Но чтоб нами ад кормили – мы не согласные. Понимаете, мессир?

Эрнст сокрушённо покачал головой:

— Забудьте, дорогой мой. К вам вся эта суета уже не может иметь отношения. Вы уже часть Сумерек, в Сумерках другие возможности. И у вас другие возможности. Вы талантливый мальчик. Вы можете иметь такую власть, такое невероятное могущество, о котором при жизни и мечтать не могли. У вас ведь, очевидно, есть мечты?

— Конечно, – сказал Ричард. – Чтобы в Перелесье и духу ада не было. Ни самомалейшего. Чтобы люди не мучились. Как бы мне получить такие возможности, а, мессир Князь?

Эрнст вздохнул.

— Бедный мальчик, – сказал он с настоящей скорбью. – Эти несчастные смертные – всего лишь хворост в топке Вечности… их судьба – тяжело жить и мучительно умереть, мы в самом лучшем случае можем чуть скрасить им уход, что это изменит! Но именно сейчас, в это самое время, их смерти превратились в настоящую ценность… то, что вы зовёте адом – один из многих путей… и из многих миров, если хотите. Несколько иные боги. У каждого – своё божество, дело привычки…

— Нет уж, – сказал Ричард. – Мне иных не надо. У меня есть.

— И что он тебе дал? – Эрнст впервые усмехнулся, тень искренности промелькнула. – Ты в Вечность вошёл в шинельке этой… ничего для себя не приобрёл, ни власти, ни настоящих наслаждений не знаешь. Ты вообразил себя Князем Перелесским? Князья не бегают от зова к зову, они меняют мир…