Книга Брачный приговор, страница 75 – Натаэль Зика

— Знаю, — ответил он, отводя очередную ветку. — Но даже камень может не выдержать, если его ударить много раз.

Так они прошли ещё с полверсты, а потом Илларита спросила:

— Вы всё время после нашей… свадьбы жили в этом лесу?

— Нет, — ответил Арвид, раздвигая заросли папоротника, чтобы ей было проще пройти. — Я несколько недель путешествовал, а вернулся только за день до того, как нашёл вас. И поскольку в замок меня, по понятным причинам, никто не приглашал, а чужие дома мне до смерти надоели, я решил какое-то время пожить в охотничьем домике. Это было любимое место нашего отца. Здесь он учил нас с братом охотиться, — граф запнулся, вспомнив, что «брат» для неё — не просто слово, а человек, который плохо с ней обращался и пытался уничтожить. — В детстве мы много времени проводили в этих местах.

— И вы знаете каждую тропу?

— Почти, — он позволил себе короткую усмешку. — Некоторые уже заросли, некоторые изменили направление. Но те, что ведут к границе, я ни с чем не спутаю.

Она помолчала, глядя вперёд, туда, где сквозь стволы уже угадывался просвет.

— Вы думаете, Виллем уже проснулся?

— Уверен в этом, — ответил Арвид, и голос его стал жёстче.

Она не вздрогнула, не ахнула. Только сжала губы плотнее и пошла быстрее, ведь каждый шаг приближал беглецов к спасительной границе.

К полудню, когда солнце достигло зенита и залило лес ярким, почти ослепительным светом, они добрались до старой лесопилки.

От неё заброшенная дорога, заросшая кустарником и молодыми берёзками, выходила на широкий просёлок. А тот вёл прямо к границе с графством Сафир. До спасения оставалось ходу не больше часа, а если прибавить, то и того меньше.

— Небольшой привал, — сказал Арвид, останавливаясь на опушке и оглядывая окрестности. — Дальше до самого рубежа идёт открытая местность. Нам придётся преодолеть остаток пути быстро и без остановок, поэтому перед броском нам не помешает передышка.

Илларита без сил опустилась прямо на траву и мысленно порадовалась, что на ней не юбка или платье, а штаны из плотной ткани.

Арвид же окинул спутницу внимательным взглядом и мысленно констатировал — девушка на пределе своих возможностей.

Лицо Иллариты, осунувшееся и бледное, покрылось испариной, губы потрескались, а ноги явно были уже стёрты до крови… Но, как ни странно, она не жаловалась, только опёрлась спиной о ствол ближайшего дерева, стараясь не показывать слабости.

— Я дойду! — с нажимом произнесла она, правильно считав взгляд мужчины. — Я сильнее, чем вы думаете!

— Не сомневаюсь, — он не стал настаивать, решив пощадить её гордость. — Но коню нужно с полчаса на отдых, а вам — выпить воды и чем-нибудь подкрепиться.

Затем он развязал сумы, доставая фляги, хлеб, мясо, сыр. И, осмотрев окрестности, показал на поваленное, заросшее мягким зелёным мхом дерево.

— Перейдите туда. На земле лучше не сидеть — тут водятся змеи.

Илларита горной козочкой взвилась в воздух, забыв об усталости и больных ногах, и стремительно переместилась на бревно, с опаской поглядывая туда, где только что сидела.

Но никаких змей там, к счастью, не обнаружилось.

С облегчением выдохнув, она взяла флягу и медленно, маленькими глотками, принялась утолять жажду, чувствуя, как прохладная жидкость возвращает к жизни пересохшее горло.