Онлайн книга «Брачный приговор»
|
В замок пробиралась, прячась за кустами и деревьями сада — через чёрный ход. Верёвки жгли плечо, крюк больно впивался в бок через платье, но она шла, кусая губы, чтобы не разреветься от усталости и нервного напряжения. В комнату влетела и замерла: сидя у стола и подложив руки под голову, спала горничная. «Меня хватились... Искали..., - пронеслось в голове. — Отец?!» Она машинально коснулась головы — короткие прядки торчат в разные стороны, щекочут шею, лезут в глаза. «Что я скажу папе? Он же сразу увидит! Он же...» Сердце ухнуло куда-то вниз, к самому седлу. Но тут же она одёрнула себя: « Придумаю. Я всегда придумывала. Скажу, что... что...» И придумала. Она разбудила девушку прикосновением. — Всё хорошо, я вернулась. Гуляла дольше, чем думала. Прости, что заставила волноваться. Горничная вскочила, сонно хлопая глазами: — Леди! Ваш батюшка уже три раза спрашивали! Мы обыскались! — Я сейчас спущусь. Иди и скажи, что я у себя, переодеваюсь к ужину. Служанка выскользнула за дверь, а Илларита прижалась лбом к холодному косяку. «Три раза спрашивал. Папа волнуется. А я тут...» Она посмотрела на верёвки, которые второпях запихнула под кровать, на крюк, спрятанный в рукаве. — Прости, папа, — шепнула в пустоту. — Завтра всё закончится. Или я буду свободна, или... Граф Олав ждал её в малой гостиной. Он сидел в кресле с книгой в руках, но не читал — смотрел на дверь. И как только Илларита переступила порог, поднялся навстречу. — Лари! — в голосе столько облегчения, что у неё сердце сжалось. — Ну наконец-то! Я уж думал посылать людей на поиски или самому седлать коня. — Папа, прости, — она бросилась к нему, обняла, прижалась щекой к груди, чувствуя, как сильно колотится его сердце. — Я не хотела, чтобы ты волновался. Просто... гуляла. Дышала воздухом. Соскучилась по нашим лесам. — Гуляла? — он отстранил её, заглядывая в лицо. — Весь день? Без провожатых? И твои волосы?! — он отступил на шаг, вглядываясь. — Лари, что с твоими волосами?! Илларита прикусила губу. «Сейчас. Сейчас самое главное — не заплакать, не выдать себя. Смотри ему в глаза, говори спокойно, он должен поверить». — Ой, папа, — она улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка вышла беззаботной. — Это такая глупая история... Я и сама не знаю, смеяться или плакать. — Тебя кто-то обидел? Этот... - граф нахмурился ещё сильнее. Она поняла — хотел сказать про герцога. — Нет-нет! — поспешно заверила она. — Что ты! Просто... Помнишь, в детстве ты рассказывал нам про держи-дерево? Я думала, это сказки, а оно вон где растёт — в лесу, у самой дороги, где мы с Милли... Она запнулась на имени сестры, и отец вздрогнул. — Я захотела набрать жарков, — продолжила тише. — Сама не знаю зачем. Ноги понесли. А потом засмотрелась и не заметила, как коса зацепилась за ветки. Да так, что не распутать. Дёрнулась — больно, не пускает. Ещё дёрнулась — ещё больнее. А вокруг никого, помощи просить не у кого. И тогда я... — Ты отрезала косу? — догадался граф. — Мне пришлось, — она развела руками. — Хорошо, у меня с собой ножик был — помнишь, ты подарил мне маленький, на совершеннолетие? Сказал: «В дороге пригодится». Вот он и пригодился. Она говорила и смотрела на отца, боясь, что он не поверит, что увидит в её глазах ложь. Но граф вдруг улыбнулся. |