Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 185 – Нора Ольвич

Наша Элена, что-то рушилось у неё в душе. Реальность не оставляла нас даже в путешествии. Обняв девушку шептала такие нужные ей сейчас слова:

— Дорогая, поймите, ведь если он вас действительно любит… он примет со всеми проблемами, и поможет, однозначно их решить, по той простой причине, что он благородный мужчина.

Вспомните, как это делал князь д' Фуркево.

Волнение на море не утихало. При помощи прочных сей-талей шлюпка была спущена на воду.

Часть команды под командованьем графа Эдуарда де Феррейра ожидало миледи Диан в шлюпке.

Уединившись с дамой в каюте, мы собирали в её путешествие по Португалии небольшой дорожный сундук.

— Леди Диан, наденьте вот эти бриджи, вам предстоит спуск по ленге (верёвочной лестнице) до самой шлюпки. Я буду помогать вам, а далее в дормезе мы наденем юбки. С вами поедет камеристка её светлости.

Она безучастно выполняла наши требования.

— Мы уже на месте, мы в Провансе?

Её голос звучал тихо.

Кивнув, не смотря в глаза леди, помогала ей с одеждой.

— Меня отвезут в монастырь?

— Только на первое время, миледи. Как вы и хотели.

— А после?

— Как только всё устроиться, мы приедем за вами.

И снова тишина… а за дверью охрана, которая при малейшем шуме должна будет ворваться в эти комнаты.

Таков приказ графа, который был не приклонён в своём решении.

— Миледи Диан действительно нужно лечение. Почему вы молчали о её деликатном состоянии такое продолжительное время? В шести часах езды от Лиссабона есть подобное заведение для сеньор, что порой не в состоянии совладать с собой, особенно после первого рождения ребёнка. Для очень благородных сеньор, ваша светлость.

— Мы оплатим её нахождение в монастыре на несколько лет вперёд, об этом нет и речи. Главное — это достойное обращение с леди. Ведь там нет жестокостей? Её не замуруют в отдельной келье?

— Это решать не нам, госпожа графиня. Я уверен только в том, что вы не сможете обеспечить безопасность всех своих близких, если миледи в таком состоянии и дальше будет проживать в семье. Минимум через какое время её можно будет посетить, так это через три года. Таковы правила в этом заведении.

Леди Дениза в волнении сжимала изящными пальчиками край своего рабочего стола. Она не сводила глаз с мужчины, что сидел напротив, в удобном кресле её кабинета. Тихий скулёж со спального места будто дополнил нерадостную картину и в разы усугубил её.

Моник не могла передвигаться с тугой перевязкой, что была наложена ей на переднюю лапу и ключицу. Она, пытаясь зализать больное место, увлечённо дёргала бинты в который раз стараясь сорвать так необходимую для неё перевязь.

— Чудо будет, если ваша любимица не захромает, — шевалье Ноэль виновато отводил взор, накладывая шину.

— Дети, они совсем не будут знать свою матушку. Я планировала посещать её в монастыре в Провансе. Примерно несколько раз на неделе.

— Если обострение пройдёт, мы перевезём леди в Прованс, но только через три года, ваша светлость.

— Мы?

— Я хотел говорить об этом с вами. Но вы сейчас сломлены, а пользоваться слабостью благородной Донны для меня неприемлемо. Тем не менее ваша семья не может более находиться без мужского участия. Как давно вы были в имении Прованса, что вас там ожидает, ваша светлость? Не отвечайте.

Просто подумайте.

Его тонкие, не лишённые упрямства черты лица выражали один большой вопрос. А взгляд просто завораживал. Он будто говорил, что всё про нас давно уже знает.