Книга Я говорю нет!, страница 38 – Уильям Уилки Коллинз

Миссис Моузи говорила слишком быстро и слишком любила внимать звуку собственного голоса. Не считая этих маленьких недостатков, впечатление она производила благоприятное, и, как бы поспешно ни действовала, ее мотивы были безупречны. Сказав по этому поводу несколько добрых слов, Эмили вернула служанку к главной теме разговора.

— Неужели миссис Элмазер не назвала причину, по которой покинула мою тетушку в столь тяжелую пору?

— То же самое спросила и я, мисс!

— Что же она ответила?

— Она разрыдалась – на моей памяти за двадцать лет такое случилось впервые!

— И она действительно попросила вас немедленно занять ее место?

— Именно так, – кивнула миссис Моузи. – Сказать, что ее слова меня поразили, – ничего не сказать! Признаю, женщина она суровая – хоть в манерах, хоть в речах, но душа у нее добрая. «Если ты и правда мне подруга, – сказала она, – не спрашивай о причинах! Я делаю то, что вынуждена, притом с тяжелым сердцем». Стали бы вы на моем месте лезть с расспросами? Единственное, что мне хотелось узнать, вторгаясь в чужой дом: есть ли там какая-нибудь леди, которая замещает хозяйку, и могу ли я с ней поговорить? Поскольку о вашей бедной тетушке не могло быть и речи, миссис Элмазер назвала вас.

— Как она обо мне отзывалась? Не очень сердито?

— Нет, совсем наоборот! Она сказала: «В доме найдешь мисс Эмили, племянницу мисс Летиции. Ее все любят, и не зря».

— Она действительно так сказала?

— Ее самые слова! Вдобавок при расставании она просила кое-что вам сказать. «Если мисс Эмили удивится – так она выразилась, – передайте ей мои обязанности и наилучшие пожелания: пусть вспомнит, что я сказала, когда она заняла мое место возле постели своей тети». Я не берусь спрашивать, что это значит, – уважительно добавила миссис Моузи в надежде узнать от Эмили, о чем идет речь. – Говорю так, как услышала сама. После этого миссис Элмазер пошла своим путем, а я своим.

— Знаете, куда она отправилась?

— Нет, мисс.

— Больше вам рассказать нечего?

— Нечего, разве что кроме инструкций, как ухаживать за больной. Я все записала и положу их в надлежащем месте, рядом с назначениями доктора и лекарствами.

Эмили намек поняла и сразу же провела служанку в комнату тетушки.

Мисс Летиция молчала, когда новая сиделка тихонько раздвинула шторки, заглянула внутрь и вновь их задернула. Сверившись со своими часами, миссис Моузи сравнила записанные указания с пузырьками на столике и отставила один, чтобы использовать в назначенное время.

— Пока волноваться не стоит, – прошептала она. – Выглядите очень бледной и усталой, мисс. Осмелюсь посоветовать вам прилечь.

— Миссис Моузи, если что-нибудь изменится – хоть в лучшую, хоть в худшую сторону, – вы дадите мне знать?

— Разумеется, мисс.

Эмили вернулась в гостиную, только не для отдыха (после всего, что она услышала, отдыхать уже не хотелось), а чтобы подумать.

Непонятного было много, тем не менее к кое-каким очевидным выводам она пришла.

В свете того, что доктор рассказал Эмили о горячечном бреде, поведение миссис Элмазер стало понятно: она по опыту знала, какой опасный оборот приняли бессвязные мысли ее хозяйки, облеченные в слова. Поэтому и болезнь мисс Летиции скрывали от племянницы, и в комнату больной старались не пустить.

Однако недавнее событие – так сказать, внезапный уход миссис Элмазер из дома не только был важен сам по себе, но и вел к неожиданному выводу.