Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 56 – Хюганацу

Господин Дзинси не представлял, что именно произошло в усадьбе, но догадывался: госпожа травница прекрасно знает, в чем заключается секрет, но разумно помалкивает. А впрочем, все эти семейные дрязги совершенно не важны. Главное, что юный мастер ныне изготавливает изделия изумительной тонкости, и его талант господин Дзинси не подвергал сомнению.

— Только представьте, как это тончайшее мастерство применяют в ковке жертвенной утвари и всевозможных орудий! Они сразу заиграют и засияют, как и подобает их святости, – как будто с восторгом или же с намеком высказался военный советник.

— Непременно, – сухо отозвался господин Дзинси.

Он не выносил, когда прославленный чудак принимался говорить с ним намеками. Вдобавок было неясно, к чему сей разговор, ведь сам господин Дзинси никоим образом не заведовал жертвенными делами.

— Последнее изделие, что создал покойный мастер, поистине изумляет! Хотя это всего-то скоба из металла! – неуемно восхищался гость.

— Поведайте, отчего вдруг заговорили со мной о каком-то ремесленнике? – не выдержав, осведомился господин Дзинси.

— Что же вы! – стратег сощурился. – Я всего лишь огорчился, что молодое дарование могло и не проявить себя, стесненное братскими узами.

Слушая его, господин Дзинси с трудом скрывал омерзение, притом долю истины в словах гостя он все же находил. И не мог не признать очевидного: Лакан – человек гнусный, но взгляд у него цепкий, он прекрасно разбирается в людях. Некоторые достигли своих высот именно благодаря его чуткому руководству. Даже то, что он может подолгу оставлять службу, показывает, как слаженно идет работа под его началом благодаря людям, которых он приметил и взял под опеку. В этом отношении господин Дзинси даже завидовал своему гостю.

— Старший брат или младший – не суть важно. Если у человека есть дар, способный его вознести, надо бы помочь ему подняться. Вы так не считаете? – спросил господин Лакан так, словно они говорят о прописных истинах.

Задумавшись над его словами, господин Дзинси отметил, что человек перед ним весьма надежен, но все же хлопот от него несравнимо больше, чем пользы.

Кстати сказать, хотя к нему нагрянул нежданный гость, господин Дзинси и не думал отрываться от службы. Выслушивая разглагольствования стратега, он собрал все бумаги по одному делу, передал их писцу и отпустил с поручением. Покончив с этим, он вновь обратился к господину Лакану:

— Я бы хотел вернуться к прежнему разговору.

Господин Дзинси надеялся, что гость все-таки поведает, что сталось с той девушкой для утех из Малахитового чертога и как на нее сбили цену.

Услышав его пожелание, стратег изобразил удивление, как будто впервые слышит о предмете, о котором его спрашивают. Ухмыльнувшись, он подпер щеку рукой и сказал:

— Полагаю, разумнее всего будет дознаться у тех, кто знаком с этим миром не понаслышке.

Сказав так, господин Лакан вдруг поднялся со скамьи, и приставленный к нему евнух, не скрывая облегчения, громко вздохнул – похоже, обрадовался, что тот засобирался к себе.

— Ох, мне уже пора! Нельзя уходить надолго, не то подчиненные начнут ворчать! – прокряхтел незваный гость.

Осушив свою чашу, он вдруг приблизился к господину Дзинси и, вынув крытый кувшинчик, полный, как видно, плодового сока, поставил на письменный стол.