Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 58 – Хюганацу

Под чудаком он, очевидно, подразумевал некоего господина, что в последнее время неустанно донимал лучезарного евнуха по надуманным поводам.

Маомао подобрала кувшинчик, откупорила горлышко, и в нос ей ударил узнаваемый кисловато-сладкий запах цитрусов. Похоже, в кувшинчике был сок.

— От чудака, говорите? – нарочито равнодушно переспросила Маомао.

Но господи Дзинси уже покинул кухню и ушел в зал для трапезы, где с удобством устроился на длинной скамье. Маомао проследовала за ним и первым делом подложила в жаровню углей, чтобы ее благодетель не замерз.

Гаошунь, видимо, зашел в зал раньше господина и первым заметил, что уголь для жаровен уже вышел. Стало быть, отлучился набрать корзинку, отчего его и не застали на месте.

«На редкость усердный человек!» – с благодарностью подумала о нем Маомао.

Ожидая, когда подадут кушанья, господин Дзинси, позабыв о приличиях, почесывал затылок. Вдруг он уставился на Маомао и спросил:

— Скажи, как много завсегдатаев Малахитового чертога ты знаешь?

Та в удивлении склонила голову набок.

— Пожалуй, только тех, кто сильно отличился.

— Например?

— Не могу сказать, – спокойно отказала она.

Недовольный ее строптивостью, господин нахмурился, но вскоре понял, что, сколько ни допрашивай, своего он не добьется. Тогда он решил узнать по-другому и нарочито серьезно осведомился:

— Как можно сбить цену на девушку для утех?

— Безобразные вопросы вы задаете, – вздохнув, тихо заметила Маомао, однако на это уже ответила: – Способов предостаточно. Особенно в случае высокоранговых.

В отличие от уличных пташек, что обязаны каждую ночь принимать гостей, у высокоранговых девушек встречи проходят гораздо реже – всего по нескольку раз в месяц. И до того доходит, что чем реже столь несравненная красавица появляется на людях, тем выше ее ценность.

Все девочки, поступившие на службу в Малахитовый чертог, обучаются поэзии, пению и танцам и услаждают гостей уже не телесными утехами, а поражают своим изяществом и ученостью. Как раз после учения и служения становится ясно, кому из них суждено блистать, а кому нет.

Барышни, чей выход к гостям окажется неудачен, тут же отправляются торговать телом. Те же, кого сочли одаренными, начинают с чайных церемоний с гостями. Их приводят для задушевных бесед и утонченных развлечений.

Некоторые из одаренных девиц оказываются особенно сметливыми и красноречивыми, и за них платят больше. Чем реже такие барышни предстают перед гостями, тем сильнее завлекают их и распаляют мечтания о встрече. Доходит до того, что за одну лишь чайную церемонию гости платят годовым заработком в серебре.

Бывает и так, что даровитых барышень выкупают еще невинными. Ведь «сорвать цветок» прекрасной девы – великая отрада для мужчины.

— Цветы ценятся свежими, нетронутыми, – пояснила Маомао и зажгла палочку благовоний.

Аромат их действовал успокаивающе, и в последнее время она часто их возжигала, поскольку господин неизменно возвращался со службы смертельно уставшим. Но в тот вечер ей самой не помешало бы успокоить тело и дух.

— Но стоит их сорвать, как цена падает вдвое, – досказала она.

Тихо выдохнув, Маомао втянула носом аромат благовоний и наполнила им легкие.

— А если цветок опадет, принеся плод, то и цены в нем больше нет.

Маомао говорила так спокойно, словно речь шла о совершенно обыденных вещах. Только беседа с господином вновь напомнила ей о дурном сне.