Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 46 – Хюганацу

Господин Гаошунь мельком посмотрел на господина Дзинси – тот, по-видимому, тоже не ожидал такого развития событий и сидел раззявив рот, будто услышанное лишило его дара речи.

— Мы с госпожой Суйрэн всегда сопровождаем господина, и нас без труда узнают в лицо. Не покажется ли странным преображение господина, если он выйдет в сопровождении своих верных слуг? – тем временем изворачивался Гаошунь.

— А ведь и правда! – нарочито горячо поддакнула госпожа Суйрэн.

— Как вы полагаете, господин? – обратился к главному лицу в этой сценке верный слуга.

Он необычайно оживился, словно ничто на свете не доставляет ему большее удовольствие, чем возможность навязать сие тяжкое бремя Маомао, чтобы она почувствовала на своей шкуре, сколь хлопотно бывает с господином Дзинси.

— Верно. Хотелось бы, чтобы ты пошла со мной, – мигом согласился молодой евнух, утративший всякую лучезарность.

Маомао внутренне похолодела.

— Прошу прощения, что смею возражать, но, если пойду я, будет ничем не лучше, – тщательно выбирая слова, попыталась разубедить господ она. – Разумеется, неброско одетого путника должна сопровождать столь же неброско одетая служанка, однако и про меня знают, что я приставлена к личным покоям господина. Думается, стоит поостеречься. Не давать, так сказать, повода узнать господина…

Но сколько бы она ни старалась, госпожа Суйрэн легко и просто, как и всегда, свела все доводы Маомао на нет. Она достала лакированный ларец и, открыв его, принялась вынимать оттуда кисточки, шпильки и все прочее.

— В таком случае почему бы не приодеть и тебя? А, Сяомао? – заворковала она, и в ее глазах за приспущенными веками появился холодный блеск.

Маомао тут же поняла, что спорить бесполезно. Дурное предчувствие все нарастало и нарастало, подсказывая: нет, добром эта затея не кончится.

От павильона господина Дзинси до ворот Внешнего дворца они с Маомао проехали в крытой повозке, но совсем не потому, что прелестный евнух не желал идти пешком. Маомао хорошо постаралась преобразить господина, и теперь он в самом деле походил на простолюдина, потому-то и не мог показаться в таком виде обитателям Внутреннего дворца, иначе вызвал бы ненужные подозрения и слухи. Прежде всего, своими одеждами, ведь они ничуть не походили на одежды дворни. Даже распоследним служанкам без ранга было положено казенное платье, одинаковое для всех.

Запоздало Маомао подумала, что по дворцу стоило бы передвигаться в привычных платьях и облике, а по выходе на улицу уже переодеть господина в одежды простолюдина, однако вовремя вспомнила, сколько они с господином Гаошунем и госпожой Суйрэн провозились, сооружая прекрасному и стройному евнуху накладной живот, и тут же про себя решила, что одна бы ни за что не закрепила все эти полотенца и не повязала бы пояс-сараси.

Припоминая, сколько забот и хлопот доставил ей лучезарный евнух и его верный слуга в это утро, Маомао невольно вздохнула, но все-таки постаралась отбросить раздражение, вдруг охватившее ее. За что бы она ни бралась, Маомао всегда доводила дело до конца и стремилась исполнить все в лучшем виде, так к чему жаловаться? Да и все беды лишь оттого, что господин сам не осознает в полной мере, сколь прекрасен, лучезарен и приметен.